— А документы… — Округлила глаза Громова, переводя взгляд с меня на брата и обратно. — Неужели никто не потребовал…
Я вздохнул… Вот не разделяли мои магички (приятно звучит, однозначно стоит запомнить!) моей же авантюрно-творческой жилки. А ведь издревле известно, что если кто-то открывает дверь с ноги и без разговоров бьет вам в морду, то он обязательно имеет на это право! По крайней мере, именно так решит большая часть населения нашей планеты!.. Чтобы оправдать собственный страх как-то пресечь подобную ситуацию!
— Представляешь, никому и в голову не пришло проверить! — Развел руками я.
Громова застыла столбиком, пытаясь уместить в своем мозгу частички мозаики: полевой лагерь, учения, прибытие полковника, общий шухер. Получалось плохо… Эх, ей бы в советской армии побывать. Вот где учили сапоги на свежую голову надевать и травинку к травинке в нужном направлении по линеечке выравнивать!
— А если бы… — Начала Алина, но тут же поперхнулась, не закончив фразы.
В руках брата материализовался небольшой и, на удивление, не слишком пострадавший портфель. Жестом фокусника из него была извлечена стопка жутко официального вида бумаг.
— «Сим дозволяю…», «Указываю непременно…», «Оказать полное содействие…», «Обеспечить…»… — Кареева со слегка ошарашенным видом перебирала лист за листом. — Саш, кто такие владыка Вейдер, зодчий коммунизма Сталин И. С. и Гудвин, Великий и Ужасный⁈
— Да от балды придумал, — «честно» вру я. — Интересно же было бы потом понять, кто какой документ затребовал. Да и проверочка такая на вшивость.
На самом деле, это «старая половина» все хулиганит. Он еще в бытность свою студентом в первой же курсовой где-то в середине начал пространные рассуждения в стиле «… а дальше ничего не придумал. Так как пью. Физику по хер». То ли древнему уже д. ф. н профессору Игнатьеву С. С. действительно не было дела до того, что там пишут студенты в своих работах, то ли из солидарности (а водочку он любил даже больше законов Ньютона), но итоговая оценка вышла вполне неплохой. С тех пор такие ремарки Семенов Игорь Николаевич допускал в каждой своей работе и… Ни разу не попался! Даже в дипломе приемная комиссия полным составом пропустила целую страницу пространных размышлений о пользе возлияний перед защитой. Вспомнилось вот.
— Но бланки… Печати… Подписи… — Заворожено рассматривала «грозные» листы водница.
— При современном развитии печатного дела в империи напечатать все что угодно — это такой пустяк, что об этом смешно говорить! — Откуда-то всплыли в памяти нужные слова.
Девочки вновь застыли, размышляя. Что-то в их мировоззрении рушилось прямо на глазах, уступая место новым прогрессивным идеям. Во всяком случае лично мне очень хотелось на то надеяться!