Да нет, красавицы, не издевается.
— Кареева, Громова, — услышав свои фамилии девчонки вздрогнули. — Запоминаем. Не приведи господь когда случится, но ежели чего, чтобы так же на бой выходили. Сухо, четко и без всяких эмоций. Ясно?
Магички молча склонили головы, чтобы не придать моменту совсем уж откровенный привкус «уставщины» и приготовились слушать лекцию по психологической готовности. Долго она не продлилась, так как какой-то седовласый хер особой важности (как выглядел, так и описываю!) не пригласил поединщиков к центру арены.
Два быстрых «мазка» губами по щекам и я делаю первый шаг.
Мещерский шагает одновременно со мной. «Штабс» по случаю поединка вооружившись легкой рапирой против моей более тяжелой шпаги, порадовал меня белоснежной рубашкой и темными брюками из какого-то мягкого даже на вид материала. Обувью он, равно как и я, пренебрег.
Впрочем, мой «костюм» был весьма похож. Разве что я, с сомнением покрутив рубаху в руках, решив отказаться от такого удовольствия. Никто особо настаивать не стал. Хочешь щеголять голым торсом? Да пожалуйста!
Тем более, что иным благородным дамам на трибунах так нравится даже больше.
— Поединок между господином Мещерским, штабс— … — Начал лепетать местный «конферансье».
Я его не слушал. Куда интереснее было понаблюдать за оружием соперника. Рапира — есть облегченная шпага. Ей только колоть. Вообще появилась как элемент одежды для всяких-там придворных вельмож. Не изысканно им, видите ли, тяжелое боевое оружие. Варварство это. Равно как и рубящие «кровавые» удары. Однако и относиться к выбору соперника стоило серьезно. Не смотря на то, что многие украшали рапиры золотом и камнями, мастер легкого клинка наделать дел мог не мало. Да и Константин-Чтоб-Его-Георгиевич вместо всяческих там украшений предпочел искусное металлическое «кружево» защитной чаши… Интересно, просто так или?..
Не смотря на внешнюю простоту, «инструмент» у соперника дорогой, как подогнанная винтовка снайпера. О многом это говорит.
— Угодно ли вам примириться? — Закончил стандартным призывом местный ведущий.
— Нет. — Уверенно склонил голову Мещерский.
— Нет. — Пожал плечами я.
После такого только и оставалось, что встать у своей линии на заботливо нарисованной разметке и ждать сигнала.
Тянуть никто не стал. Легкий взмах руки, и дуэль началась.
Мещерский не стал тратить время на прощупывания обороны, а сделал легкий танцующий шаг вперед.
Я отзеркалил его движение. Затягивать поединок — однозначная смерть.
Закончилось все быстро.
Первый такт[1] я оставил за собой, первым ударив по диагонали в правую ключицу. Без изысков, простым, но многократно отработанным, движением.