— У-у! Ну то же Древние! — с видом знатока покивал Сиб, на что Куруш лишь многозначительно хмыкнул.
— Пожалуй, поднимусь я на крышу. Чтобы не смущать своих же. — глянув на всё ещё продолжающую заниматься группу. — А то совсем уже сачком выгляжу. А наблюдения — важные.
По пути на крышу Сеня захватил с собой пачку бумаги, набор цветных карандашей, чтобы зарисовать все стадии образования Вспышки. А чтобы рисовалось в комфорте ещё и раскладной стульчик, на что бабушка, справившаяся зачем это внучку понадобилось, посетовала: Сибарит ты у нас!.. Складной столик тоже возьми! Он там, возле двери на крышу.
Крыша особняка при полигоне представляла из себя плоское пространство, замощенное плиткой и со сплошным ограждением, высотой в метр. Стоки для дождевой воды также имелись. Но во все прочие времена, когда не идёт дождь или как сейчас — не намечается большая Буря, крышу часто использовали для конфиденциальных посиделок. Что весьма удобно: высоко — со всеми этажами примерно метров пятнадцать над землёй, и с той же земли, ниоткуда не видно кто там есть. Или нет. В случае каких-либо угроз, использовалась также как наблюдательная площадка.
Правда, каждый день, ясное дело с разрешения Мири Таро, на эту крышу залезал Куруш. Только не по лестнице. По стенке, используя крепкие детали украшений, что когда-то оставили строители.
«Там всё так крепко, что сорваться и упасть — надо быть совсем идиотом!» — говорил Куруш, когда Сеня осторожно посетовал на «ненужный риск».
То есть для Джая все эти ежевечерние «пробежки по вертикали» были традицией и гимнастикой.
Сене когда-то стоило изрядного изумления узнать, что в его роду в традициях… скалолазание! И, как с гордостью бахвалился сам Джай, на их землях имеется достаточное количество вполне себе приличных скал и склонов для занятия этим спортом.
Вообще, как сохранили этот вид спорта, да ещё в обстановке творящегося непрерывно, уже пять местных тысячелетий трындеца — стоило большого-большого уважения к клану Куруша.
Сеня, расположился на крыше, как и обозвала его бабушка — как заправский сибарит. Даже закуску и питьё с собой захватил. Благо, всяких морсов в холодных подвалах хранилось изрядно много. Также как и банального виноградного сока. Вот была такая ягода на этой планете.
Когда изрисованным листам пошёл уже второй десяток (с обеих сторон изрисованных!), таки случилось.
Если в первый свой раз Сеня ничего не почувствовал, то на этот вполне. Вероятно у Тина Лисан была эта особая чуйка. И теперь, с возрастанием количества миди в организме, это же ощутил и Сеня.