— Так-так-так, куда же я его положил… ага! — с триумфальной улыбкой юноша выудил из-под кровати сосуд для душ.
То была не просто одноразовая безделушка, какие клепают египетские школьники-некроманты на уроках труда, а самый настоящий многоразовый инструмент. (Расчеты показали, что такой выгоднее — пользуйся сколько хочешь, а потом продай за ту же цену.)
Покопавшись в вещах еще немного, Шу Бао явил на свет божий стандартную аптечку исследователя — главный аргумент неумирания за пределами безопасной зоны. И никаких счетов на миллионы юаней, что столь же важно.
Уже собираясь выходить из комнаты, юноша бросил быстрый взгляд на зеркало и хлопнул себя по лбу.
— Точно, хвосты!
В городе сейчас такой бардак, прием трофеев начнется не скоро.
Найдя пустой контейнер, юноша скинул туда всю добычу. О нем и так ходит достаточно странных слухов — ещё не хватало, чтобы его увидели с 27 хвостами на поясе и приняли за сиамских тройняшек кицуне под маскировкой.
Пять минут спустя.
— Ань Кинг, отдай сосуд, — вкрадчиво произнес Шу Бао.
— Не отдам! Ты продашь Юн-Юн! — упрямо промямлила девушка, крепко прижимая светлячка к своим универсальным ценностям.
— Да, продам. Это именно то, что делают с душами. Она станет сердцем артефакта, который будет помогать людям в борьбе с монстрами.
— Не-е-ет!
Раздел совместно добытого имущества уперся в тупик. Шу Бао устало помассировал виски, не понимая, откуда в робкой и стеснительной девушке столько бессмысленного упорства.
— Хорошо! Забирай свою Юн-Юн и делай с ней что хочешь, — сдался он. — Только не забудь выкупить мою половину.
— Хм, так и сделаю. Пойдем от этого жадины, Юн-Юн, — обиженно хмыкнула Ань Кинг и убежала вместе со светлячком, пока парень не передумал.
— И сосуд потом верни! — донеслось ей вслед.
В очередной раз вздохнув о том, что девушек хрен поймешь, Шу Бао выбросил произошедшее из головы.
Пока он получит хорошую цену, в общем-то без разницы, кому и зачем продавать. Если же Ань Кинг не сможет заплатить, то будет отрабатывать натурой… в качестве мага духа, а не как элемент призыва подсказывает.
Кивнув своим мыслям, Шу Бао заново перевязал раны и сменил многострадальный костюм на школьную форму.
Безумно хотелось упасть на кровать и проваляться там часов десять, но дела не ждут. Катастрофа Бо подошла к концу — разгребание последствий, с другой стороны, только начинается.
Юноша достал свой маскировочный комплект, напялил парик и накладное лицо старика, после чего отправился за город. Пока урон для компенсации не начали подсчитывать, надо убедиться, что туда будет записана некая халупа.