Когда дверь за Терраном закрылась, и они остались наедине, лорд Ниро сел за стол и предложил Корну расположиться за чайным столиком. Он провалился в мягкое кресло и ожидающе посмотрел на директора.
— Терран, конечно, пытался тебя выгородить, но всё-таки у него не вышло меня запутать. Я прекрасно знаю, что ты делал. Прекрасно понимаю, что ты был на стороне Сура и хотел ему помочь, — лорд Ниро побарабанил пальцами по столу.
Он всё знал? Но тогда почему Корна не исключили? Или его наказанием было смотреть на то, что происходило с Суром?
— Надеюсь, теперь ты осознаёшь, насколько заблуждался. Я просто хотел тебя предупредить, что это единственный случай, на который я закрою глаза. Будем считать, что ты слишком привязался к другу и запутался, что правильно, а что нет. Но больше этого не повторится. Что касается того, почему я это сделал… Здесь нет никакого секрета. Ты ещё не можешь управлять магией. Какой из меня маг-практик и директор, если я не могу научить этому собственного студента? Ты — моя работа, незаконченная работа, и я никому не позволю в неё вмешиваться. Но… если ты продолжишь совершать необдуманные поступки, мне придётся поступить так, как того требует мой пост. Тогда ты всё же вылетишь из Академии, и как бы не было печально, я передам тебя твоему отцу. Там уж пусть сам Стедд наказывает своего отпрыска, как ему заблагорассудится.
Корн опустил взгляд и тихо произнёс:
— Я понял. Благодарю за снисхождение.
— Для того чтобы подобрать недостающих членов вашей дюжины, я позволю бросать вам вызов ежедневно. Поэтому приготовься показать всё, на что способен. Если проиграешь, ты уйдёшь из дюжины. После запечатывания у тебя могут возникнуть с этим определённые сложности, поэтому полностью сосредоточься на том, чтобы не вылететь, — Корн кивнул и встал, направляясь к двери, директор добавил ему вслед. — Ещё кое-что… Я не хочу видеть, как ты прикасаешься к зельям.
— Понял. Я и сам не хочу, — Корн вышел.
Всё своё свободное время он посвятит изучению магии и тому, что произошло, когда слилось две стихии. Если он сможет это повторить, станет сильнее даже без большого объёма маны.
Первая Чёрная дюжина собралась после тренировки на арене номер один.
— Не-е-ет! — завывал Грэг. — Я больше так не могу-у-у! Это невыносимо-о-о… Я хочу спать! Почему я должен каждый, каждый шпынов день сидеть до ночи на арене и всех лечить? Вас-то всех много, а я один единственный! Капитан, а капитан, — он подёргал Террана за рукав. — Разве ты не должен заботиться о состоянии своего единственного лекаря?