— Надеюсь, ты осознаёшь, как нелепо это звучит.
Корн закусил губу, сердце сжалось в груди:
— Хочешь сказать, меня тоже исключат?
— Приказ об отчислении на столе директора намекает именно на это, — повторил Мао. Но Корну всё ещё тяжело было в это поверить.
— Но тогда что с печатью? Её же не снимут? Я ещё не контролирую свою силу.
— Полагаю, тебя отправят с острова в таком состоянии, как сейчас. И, скорее всего, свяжутся с твоим отцом.
— Ни за что! Я не могу показаться ему в нынешнем состоянии…
— У тебя нет выбора, — куратор развернулся и стал удаляться.
— Стой! Ты бы не пришёл, если бы его действительно не было. Что мне делать?
Мао обернулся:
— Сдай Сура. Подробно объясни, чем он на самом деле занимался. Подтверди, что он проводил эксперименты на студентах.
— Но это не так!
Мао хмуро посмотрел на него:
— Не отрицай очевидного, Корн. Решай сам, но это твой шанс остаться в Академии, если уж ты не спешишь встречаться с отцом. У тебя есть время до вечера, — Мао спустился по лестнице, а Корн стоял и смотрел ему вслед.
Когда он вернулся в комнату, Сура в ней не было.
Но если он покидал их комнату после Корна, то должен был видеть их с Мао, даже если спустился по другой лестнице.
Корн решил, что в этом не было ничего страшного, ведь они говорили тихо. А Сур наверняка уже пошёл на занятия… Но на лекции его не оказалось.
После её окончания к нему подошёл Терран:
— Где Сур? — тихо спросил капитан, подгадав момент, когда все остальные вышли из зала.
— Если бы я знал… — Корн начинал беспокоиться за своего соседа.
— Это проблема. У него и так незавидное положение, если он его ещё и усугубит…
— Ты в курсе? — удивился Корн, Терран кивнул. — Что ты имеешь в виду под «усугубит»?
— Ты должен был уже хорошо его узнать. Скажи, если бы Суру грозило исключение, чтобы он сделал?
Не мог же он? У Корна было очень плохое предчувствие. Он побежал в Белый дворец.
— Ты куда? — донёсся до него голос Террана, но Корн не ответил.
Он нёсся в лабораторию, проклиная свою недогадливость и надеясь, что не опоздает. Через пару минут он уже был рядом с ней. Она была запечатана оранжевыми лентами, озарявшими тёмный коридор бегущими по ним буквами магического алфавита. Ленты указывали на то, что проход в комнату запрещён.
Корн прошёлся вдоль других лабораторий и услышал в одной из них звук стучащих друг о друга склянок. Ещё продолжались занятия, и здесь не должно было никого быть.
Он попытался открыть дверь, но она была заперта. Тогда он постучался условным стуком. Шум в комнате затих. Затем дверь медленно отворилась.
— Тебе здесь не место, — нахмурился Сур. — Но если уж пришёл, не стой снаружи.