Тут я замолчал, давая императорской чете впитать и усвоить мои слова понадежнее.
— Продолжайте, — первый раз открыл рот царь. — Это очень интересно, что вы рассказываете.
Императрица смотрит на меня с ужасом, как на какое-то исчадие ада.
«Ну да, ужасные новости я принесу в ваш дом, Александра!» — так и хочется мне подколоть императрицу.
Камер-юнкер невольно тоже старается прислушаться к моим словам, но расстояние в полтора десятка метров от двери в гостиную до стола не дает ему понять, о чем я так негромко рассказываю императору с императрицей.
Пора перестать запугивать слушателей и перейти на гораздо более интересующие их предметы обсуждения.
— Умение лечить любые болезни через применения лечебного артефакта — не такое редкое дело у нас, так что тут никакого волшебства или использования темной силы нет.
— Вот как! — пораженно произносит царь. — Неужели это правда, что в будущем можно будет так жить?
— Да, так оно и есть, ваше Императорское Величество. Единственно, накапливать необходимую энергию могут далеко не все люди в нашем прекрасном будущем. Тут я выступаю именно, как достаточно редкий экземпляр человеческой породы с уникальными возможностями. На самом деле я пришел отчасти потому к вам, что могу помочь вам с полным излечением цесаревича и ваших дочерей.
— Наши дочери — здоровы! — тут же грудью бросается на защиту своей семьи императрица.
Ну, если она хочет соблюдать внешние приличия перед потенциально новым врачом своей семьи — ее личное дело. Недолго они продлятся — такие приличия, когда на кону такие возможности.
— Не буду спорить с вами, Александра Федоровна. Жизнь покажет. Давайте пока я больше не буду вам ничего говорить про себя и про грядущее будущее. Попробуйте понять то, что я вам уже рассказал и обсудите такую информацию между собой с вашим супругом. У нас есть более важное дело.
— Какое же дело может быть важнее того, что вы нам с Аликс рассказали только что? — удивленно спросил император.
— Не то, чтобы оно было важнее в судьбах страны, хотя и так несомненно одно из самых главных, но лично в вашей — абсолютно точно. Пока обсудим лечение вашего сына и наследника. Примерно мне потребуется от пяти до десяти сеансов для полного излечения цесаревича Алексея от гемофилии.
Вот самое очень сильное и бесконечно интересное заявление для них, моих самодержавных слушателей.
Лица у царской четы снова оказываются потрясенные известием о том, что цесаревича можно вылечить полностью.
Я вижу, что упоминание названия болезни не нравится обоим самодержцам, но менять слова не стану. Пусть привыкают к тому, что я не совсем их придворный, то есть совсем не он.