— Ну где нам взять снежную королеву?!
Меня, как самую маленькую и худенькую в коллективе назначили Снегурочкой. Единственное несовпадение — мои волосы не отливали белизной, а были теплого каштанового цвета. Но эту проблему вполне решала шапочка. На роль королевы я бы годилась еще меньше, потому взгляд директрисы жадно забегал по фигуре Ледянского.
— Вы у нас новенькие? — сладко пропела Эля.
Мужчина дежурно улыбнулся.
— Я дядя Степы Смирнова.
Взгляд директрисы вспыхнул.
— Отлично! Вы и сыграете роль королевы! Стать позволяет, наденем маску. А слов у нее немного.
Мы с Никитой ошарашено переглянулись. Мужчина высок даже для представителя сильного пола. Не перекачен, но крепок. Обладает густым мужественным голосом. И самое главное…
— А вам не кажется, что снежная королева с бородой — тема не детского концерта?
Я не сдержала смешок в ответ на ироничную реплику Ледянского. А вот Элеонора Петровна едва не заплакала, взглянув на короткую, но довольно очевидную поросль на лице «актера».
— Уу… — протянула она, но тут же спохватилась. — Будете снежным королем!
Никита обреченно выдохнул и улыбнулся мне, директриса умчалась.
— Спорить бессмысленно? — спросил он.
Я пожала плечами.
— Боюсь, да.
Несмотря на смешную ситуацию, меж нами не рассеивалось напряжение. Господи, сколько всего я хочу спросить! Как там малышка, которую я носила под сердцем девять месяцев? Здорова ли? Как приняла ее биологическая мама, которая страшно дергалась всю мою беременность и иногда, казалось, просто ненавидела нас с ребенком. В то же время, я была переполнена страхом и… не могла оторвать глаз от мужчины. Так некстати я вспомнила его сильные объятья, тепло которых успела узнать.
— Как ваше здоровье? — спустя паузу спросил Никита.
Я очнулась.
— Нормально, все как обычно в первые месяцы после родов.
— Вы так быстро вышли на работу.
— У меня нет другого выхода.
Я не соврала, хоть и, на счастье, чувствовала себя терпимо. Но сидеть в декрете и правда не могла себе позволить. Мы замолчали, скоро начнется елка. Я поняла, что просто физически не могу не узнать.
— А как ваша…
— Дочка? — с неким облегчением подхватил Никита. — Она здорова и просто прелестна.
За годы работы в саду я перевидала много родителей. Но такого света в глазах от упоминания дочери еще не видела ни у одного отца. Ледянский вдруг достал телефон.
— Вот моя Ляля‚ — он протянул мне широкий экран, — я назвал ее Ольгой в честь своей матери.
Я смотрела на курносенькую девочку, а перед глазами встала картина недавних родов. «Девочка!» — сообщили мне и показали крошечного младенца. На врача, впрочем, сразу цыкнули коллеги, и ребенка быстро убрали от меня.