Александр Викторович Земинский, эталон мужской красоты и очарования. В этого мужчину влюблены, кажется, все студентки нашего ВУЗА, а я, хоть уже давно и не студентка, но тоже оказалась очарована им. Высокий брюнет с телом Апполона, прекрасно знает, какое производит впечатление на слабый пол, и пользуется своей привлекательностью в полной мере, меняя девушек, как перчатки. Хотя, стоит отдать ему должное, он предпочитает встречаться с девушками своего возраста, поэтому студенткам только и остаётся, что томно вздыхать и провожать его влюблёнными взглядами.
– Ох, Машунь, не стоит оно того, – сказала Вероника. – Забудь о нём, иначе проблем потом не оберёшься.
– Легко сказать, а вот забыть не получается, – печально проговорила я, опуская взгляд. – Хотя и забывать-то нечего.
Громкий смех снова привлёк моё внимание. Сейчас Земинский рассказывал очередную историю со своими похождениями Рейтману, его приятелю и коллеге.
– Вот даже и не смотри на него, – сказала негромко Вероника и подмигнула. – Мы тебе куда лучше мужика найдём. А сейчас давай, собирайся. Через три часа все встречаемся в ресторане. Так что вперёд, домой переодеваться и чтобы не грустила, поняла?
– Так точно! – отсалютовала я с улыбкой и, взяв сумочку, покинула преподавательский кабинет. А ровно три часа спустя я уже стояла в холле шикарного ресторана и во все глаза рассматривала обстановку.
– О, вот ты где! – воскликнула Светлана из отдела кадров. – Ты почему опаздываешь? Все уже собрались. Пошли скорее, – сказала она и, схватив меня за руку, потащила в отдельный зал.
Весь вечер мы веселились, вспоминая ту или иную историю. Весь вечер шампанское лилось рекой. Было и караоке, и танцы. Земинский, казалось, собрался перетанцевать со всеми женщинами из нашего большого коллектива, и я даже понадеялась на удачу, но, увы, удача прошла мимо меня.
Горько. На душе заскребли кошки оттого, что всё так происходит. От обиды я даже едва не расплакалась.
Ну почему всё так? Почему он на меня даже не смотрит? Господи, как бы я хотела хоть немного внимания со стороны этого мужчины.
Чтобы не портить людям праздник своим кислым видом, я сбежала в туалет. Посмотрев на своё отражение в зеркале, горько усмехнулась.
– Да, Имирская, – прошептала я. – Этот мужчина точно не для тебя.
Одинокая слезинка сорвалась с ресниц.
Закрыв глаза, тяжело вздохнула и постаралась выбросить все ненужные мысли из своей головы, но они упрямо всплывали.
Щелчок, раздавшийся от двери, вырвал меня из этого состояния, и я распахнула глаза. Не желая, чтобы вошедший заметил слёзы на моих глазах, быстро сняла очки, открыла кран и стала плескать прохладной водой на лицо. И тут в поле моего зрения появилась мужская рука, протягивающая мне бумажное полотенце.