— В какой госпиталь хотите ее перевести?
Дальше слушать я не могла. Измученный организм решил, что с него хватит, и я уплыла то ли в обморок, то ли в сновидения.
***
Лорд Эдвард Сеймур
Расхаживая взад-вперед по кабинету его величества, я ожидал новостей. То, что Анна почувствовала себя плохо, доложили еще в обед, а сейчас — вечер, и пока ничего. Чем они вообще там заняты?
— Эдвард, успокойся. От тебя уже мельтешит в глазах, — заметил император, оторвавшись от изучения поправки к закону, которую пытались протолкнуть советники.
— Ты знал раньше, насколько ожидание ужасно? — поинтересовался я, опускаясь в ближайшее кресло.
— Бытует такое мнение, — подтвердил правитель. — Но не замечал у тебя склонности к нему.
Раздался стук в дверь кабинета, и я снова подскочил со своего места.
— Войдите, — разрешил монарх.
И пред наши очи предстал секретарь императора.
— Аудиенции просит Сарграф Троп, глава женской тюрьмы.
— Пропусти, — нахмурился государь.
А я, словно охотничий пес, ждал результата, повода, провокации — да чего угодно, что позволило бы мне действовать. Немного полноватый и грузный мужчина вошел в кабинет, поклонился монарху, с опаской посмотрел на меня. Вздохнул. Ну быстрее же!
— Позвольте доложить.
— Ну давай, не томи, — нетерпеливо забарабанил по столу монарх.
— Мисс Анна Аркури днем почувствовала себя плохо. Был вызван специалист из больницы и доложено вам. Прибыл господин Тарн, осмотрел пострадавшую и поставил диагноз — отравление. Также взял на себя полномочия забрать девушку в больницу, для лечения. Я слагаю с себя ответственность по данной заключенной.
— Забрал, говоришь? — задумчиво уточнил монарх.
— Он показал бумагу, подписанную вами. Не нужно было верить? — нерешительно уточнил мужчина, на его лбу появилась испарина.
— Все верно. Иди, а то плохо с тобой станет, — нахмурился его величество, и начальник тюрьмы поспешил скрыться.
— Что за нервный народ пошел, — пробормотал глава империи.
— Почему ты выписал ему разрешение? — покосился я на друга.
— Он очень просил, чтобы я дозволил ему курировать мисс Аркури. Из-за личных обстоятельств. Клялся в любви и молил едва ли не на коленях.
— А ты стал мягкосердечным, — усмехнулся я.
— Поговори у меня еще, — беззлобно буркнул государь. — Иди работай, и чтоб маньяка достал живым. Не обязательно здоровым, но на эшафот он должен взойти сам.
— Слушаюсь, ваше величество, — поклонился я и отправился выполнять указание.
***
Мисс Анна Аркури
Было хорошо. Я лежала на мягком, отлично выспалась и совершенно не чувствовала тех недомоганий, которые были раньше. Может, все приснилось? Разве мог прийти лекарь императорской семьи в тюремную камеру?