— Ну, что, нашёл? — спросил я у помощника, который дожидался меня на лавочке возле сельмага, и увлечённо, хлопал над ртом по днищу баночки с детским питанием «Неженка» — любимым лакомством деревенской детворы. Ценят они это яблочное пюре не только за вкус, но и за цену. Четырнадцать копеек за двести грамм лакомства с сахаром и сливками.
— Договорился?
— С четырьмя. Правда, одна баба, но там — ух-х! Жить прямо на покосе будут, а в дожди я пообещал их домой отвозить и потом забирать. Так нормально?
— И как долго они у нас проработают?
— До двадцатого августа. Потом им отдохнуть нужно будет и детишек к школе собрать, — ответ Васьки заставил меня раскрыть рот.
— Ты точно ничего не перепутал? — спросил я на всякий случай.
— Не-а, им в колхозе таких деньжищ никто не заплатит. Так что без раздумий согласились. Лишь бы платили раз в неделю. Первые двое уже завтра готовы приехать, чтобы шалаши на покосах ладить. Но продукты с нас. Так что давай три мешка крупы сразу в машину закинем. Я уже договорился. И с прапором твоим нужно бы про тушёнку поговорить. Пару ящиков прикупить.
— Тушёнку я и в ОРСе добуду. Свежую, а не с длительного хранения, — решил я тряхнуть свои связи, — И у нас ещё сколько-то есть в подвале. Банок пятнадцать, а то и двадцать, — вспомнил я, что покупал как-то ящик раз на тридцать шесть банок, но мы их так и не израсходовали.
Помнится, начальник ОРСа сам предлагал к нему обращаться, вот и пришла пора.
— Так даже лучше, — легко согласился Васька, и мы пошли за крупой.
Мешки были большие. На пятьдесят килограммов. Судя по синим расплывчатым надписям — крупа гречневая, перловка и ячневая. Василий приобнял один мешок и потащил его на выход, а я, чуть качнув Силу, прихватил за углы сразу два, и согнув в локтях руки, пошёл следом. Подумаешь, два мешка. Это вам не передок трактора поднимать.
Судя по всему, сельчане такое не каждый день видели. Небольшая очередь замерла, и вынос мешков произошёл в уважительной тишине. Представляю, какие теперь слухи обо мне поползут среди деревенских.
Осунувшийся Мамин поджидал меня во дворе, за летним обеденным столом.
— План лечения готов? — походя спросил я у него, легко вытаскивая из багажника два мешка с крупой, чтобы отнести их в кладовку.
— А-а… а что это у вас в руках?
— Крупы немножко купили для работников. Они с нами весь сенокос будут, — специально развернул я к нему один из мешков, чтобы он увидел надпись на нём.
— Но они же тяжёлые!
— Я вам как-то раз говорил, чтобы вы не пренебрегали утренней зарядкой. Забыли? — протиснулся я с ношей в двери, а затем и за третьим вернулся, успев разгрузить машину, пока Василий ворота закрывал.