Гордые киотцы, не сидящие на одном месте, и вечно мигрирующие от одного бара в другой техасцы, изменённые Милана, безустанно пытающиеся сбить цену у торговцев жители Вавилона.
Столько гостей Спарта ещё не видела никогда.
Кого разве что практически нереально было встретить, так это москвичан. Пока вся фракция готовилась к празднику, жители Московской долины бросили все силы на восстановление их «маленькой Италии», пострадавшей сильнее прочих и от вспышки чумы, и от короткого, но не менее разрушительного налёта орды хомяков.
Оттого и гостей из этого края было совсем немного.
Но и они были!
Раздаётся протяжный свист. Так звучит гудок приближающегося локомотива. Состав, гремя колёсами по железнодорожному полотну, замедляет свой ход. Замирает у самого перрона и издаёт последний «вздох», сбрасывая пар из своей монструозной машины.
Первыми из вагона выходят солдаты, зорко оценивающие окружающую обстановку. Лишь убедившись в том, что угрозы никакой нет, и обменявшись кивками с моими гвардейцами, они отходят в сторону. Как-никак, а безопасность блюсти требуется всегда и везде!
Только тогда к нам выходят высокие гости.
— Лорд Шурик, примите мои поздравления! — смеётся О, хозяин Киото, распахнув руки для объятий. — Или мне стоит уже называть вас, мой Король?
— Ты несколько рановато с поздравлениями, О, — смеюсь я, схватив мужчину за плечи. В повседневной обстановке общаться с этим весельчаком — одно удовольствие! — Я ещё не надел корону себе на голову.
— Одним днём раньше, одним — позже, — отмахивается с улыбкой О. — Какая разница? Коронация будет? Будет! Так что, Ваше Величество, можете уже начинать привыкать.
Я закатываюсь в искреннем смехе, на что правитель Киото отвечает мне своим, не менее заразительным хохотом.
— В любом случае, — неожиданно О становится серьёзнее некуда. Щурит веки, глаза горят огнём. — Надеюсь, наш уговор всё ещё в силе?
— Конечно, — не менее серьёзно отвечаю я. — Всё уже подготовлено. Вас с людьми уже ожидают.
— Просто превосходно, — поглаживает гладкий подбородок мужчина.
— Опять, господин О, собираетесь провести несколько суток к ряду в «Незабудке»? — закатывает глаза Данте, подставляя довольное лицо солнечным лучам.
— Как ты догадался, старик⁈ — выставляет руки в защитном жесте правитель Киото.
— Для этого даже не нужно быть змееглазым, чтобы догадаться обо всём самому, — пренебрежительно фыркает владыка Милана.
— Старость не радость, как говорится, — шепчет с ухмылкой мне азиат, прикрывая рот ладонью, — Вот и завидует.
— Это кому ещё я завидую! — возмущается старик, взмахивая широкими рукавами своего халата. — Поганец, и как у тебя язык только повернулся сказать такое!