Увы, с ним по быстрому тоже не получалось. Ванька-старший никакого энтузиазма по поводу встретиться и поговорить по поводу сына не проявил, более того, не постеснялся сказать:
— Что-то ты вспоминаешь, что я отец только тогда, когда тебе от меня чего-то надо.
— Ты, кстати, сам мог бы позвонить сыну и узнать, что с ним.
— Конечно, если не считать, что ты внесла мой телефон в его чёрный список на уровне оператора. Кстати, за такое злоупотребление родительским контролем вполне можно поставить вопрос о лишении родительских прав.
— Знаешь! Ему уже 18 лет в феврале исполнилось! Он мог бы и сам!… — Вероника Павловна аж задохнулась от возмущения.
А вот Ванин отец совершенно спокойно её осадил:
— Действительно интересно, почему Ваня не исправил ситуацию? Не знал? Или ты его так против меня настроила? Или до сих пор не сняла родительский контроль?
На самом деле Иван Иванович старший всё прекрасно знал и с сыном общался. Несколько лет назад он купил небольшой кнопочный телефон и СИМ карту к нему, на себя, и передал это Ване. По этому телефону они и общались, не привлекая внимания Вероники Павловны. Не сказать, что он во всём одобрял решение сына перейти в эту закрытую спецакадемию с откровенно мутным статусом, но понимал, что Ваня-младший, по сути, использовал первую же возможность, чтобы сбежать из полностью сломавшего его ожидания ВУЗа, назначенного ему бешеной мамкой. И сейчас Иван старший прикидывал, что напрасно так долго тянул, пора уже досконально разобраться в том, что там на самом деле происходит с сыном.
А Вероника Павловна продолжала возмущаться:
— Ну да! Я как всегда во всём виновата!
— Получается, что ты действительно виновата.
Препираться таким образом можно было долго, а результат полюбому для Вероники Павловны получался плохой, поэтому пришлось уламывать и уговаривать. В конце концов договорились встретиться на нейтральной территории ближе к концу недели.
Встретились после работы, в каком-то кафе, до которого пришлось тащиться на другой конец Москвы. Мелкая, но приятная месть со стороны Ивана Ивановича старшего. Ну в довершение всех неприятностей, пришёл тот на встречу не один, с ним был кореш из следкома, тот самый, который в своё время сумел осадить Веронику Павловну и не позволил ей полностью изолировать Ваню от вредного (с её точки зрения) влияния отца. Сейчас этот деятель дослужился до генеральских погон и потому стал ещё опаснее. Правда с другой стороны, и возможностей в противостоянии с Полоцким у него появлялось больше. Вот Вероника Павловна и гадала: появление этого типа — к добру или к худу? Впрочем, начала она, как всегда, с наезда: