— У меня сложное платье… Ты же сказал, что отвернешься! — возмутилась Ровена. На очередную «фифу» возмутиться не успела: следующим движением, Арсиний подошел к ней, начав решительно распускать завязки на спине.
— Я отворачивался. Не до церемоний, Ровена… — вполголоса проговорил он, быстро дергая за тонкие ленты. — Поторопись же! Или стесняешься? Я думал, ты смелее, когда дело доходит до избавления от одежды. Нет?
Стало жарко: Ровена поняла, что охранник вспоминает ее приказ снять куртку.
— Я не… Это совсем не то! — она покраснела так, что стало жечь лицо.
— Да, да…
Ровена хотела сказать, что в этом деле условия имеют большое значение, но не успела. Юбка хлопнула, взлетая вверх — Арс бесцеремонно подхватил и задрал подол платья вместе с нижней юбкой стягивая все за раз через голову. Ровена тихо вскрикнула.
— Я не смотрю… — услышала за спиной тихое. — Руки вверх.
Стоя с задранной юбкой Ровена слышала мужчину через два слоя ткани. Она сражалась с юбкой, чувствуя себя пестиком в закрытых лепестках и думая о том, что он видит. Или правда не смотрит?
— Сейчас… Стой спокойно, — снова скомандовал Арс, силой стаскивая платье с Ровены. Споткнувшись об грудь, тонкая ткань застонала. Мужчина неумолимо рванул. Ровена пискнула. Ткань огорченно ахнула и сдалась.
— Ай! Что ты де… — с ужасом начала Ровена.
— Оно тебе уже не нужно, не беспокойся, — «утешил» Арс, стоя сзади.
Словами Ровена совершенно не утешилась.
Что он там видит — абсолютно не понятно. Плохо, что смотрит. Плохо, что не смотрит. И непонятно, что хуже!
Горячую кожу обожгли холодные сквозняки, просачивающиеся из окна и под дверью.
— Дальше справишься? Или тебя помыть? — невозмутимо спросил Арс, снова отворачиваясь. Он бросил на пол растерзанное платье.
— Я сама! — негодующе сообщила Ровена, поспешно присаживаясь к ведру.
Эротических игр текущие условия не предусматривали. Съежившись у ведра, баронесса стыдливо и быстро помылась, выжимая в ведро тряпку. Оказывается, она могла быстро мыться. Это просто, когда ты не в комфортной роскошной ванной; когда с минуты на минуту пора бежать, а еще, когда за спиной мужчина, который впервые может на тебя взглянуть. Взглянет и запомнит не соблазнительной баронессой в неглиже, а съежившейся у ведра испуганной беглянкой на грязном полу.
Невозмутимость Арса была напускной. Он с усилием отвернулся, чувствуя недалеким похотливым животным уже себя. Честно не подглядывал специально, но невольно опустил глаза и увидел тонкую талию, соблазнительно переходящую в бедра, заметил ниже пару сочных выпуклостей, женские кружавчики эти, которые хочется то ли сорвать, то ли восхищенно трогать… Глаза больше не желали закрываться, а шея — отворачиваться. У него уже было похожее состояние, когда сам поцеловал Ровену. Арс даже не знал, что на него нашло, когда подтянул ее тогда на дерево. Она такой испуганной выглядела, губы были близко и объяснять ничего не хотелось… Поцеловал — и все.