— Сделаем его как бы живым, — настаивал я. — Пусть художник его портрет нарисует. Приукрасит чуть-чуть, будто он при жизни запечатлен. Мы портрет переснимем, размножим и распространим. А внизу текст, мол, если кому-то что-то известно о личности данного подростка, просьба сообщить в милицию. И наш телефон напишем. А то, что он мёртвый — об этом ни слова не будет. Никто же не знает, что он погиб. Личность-то не установлена.
— Гениально, Андрей Григорьевич, — потирал довольно руки Горохов. — Всякий раз удивляюсь твоей смекалке.
— Рад стараться, — улыбнулся я, а про себя подумал, что если бы был сейчас фотошоп, то я и сам бы мог лицо подправить, без всякого художника. Бывало, в прошлой жизни баловался занимательной программкой. Один раз взяли мы двоих гоп-стопников. Они, паразиты, в полный отказ пошли. Тогда я тому, кто послабже духом был, легенду задвинул, что, дескать не того вы, граждане грабители, человека бомбанули. Ведь потерпевший в криминальных кругах личность известная, и подельника твоего уже грохнул. И сунул ему фотокарточку его другана, только обработанную в фотошопе. Морда в крови и с трупными пятнами, как и положено покойнику. Тот чуть стул не обгадил и сразу весь расклад дал. Ну, а второго расколоть оказалось еще проще. Просто дал почитать ему признательные показания его трусливого подельника.
— Никита Егорович, — решил все-таки я добавить. — Что-то священник мне не очень нравится.
— Оно и понятно, — ухмыльнулся шеф,— мне он тоже не по душе. Мы люди партийные, а на опиум этот только народ ведется. А мы с вами, товарищи, атеисты.
— Да я не про это. Разрешите, я его в разработку возьму? Проверю кое-что…
— Есть веские основания?
— Пока нет, только интуиция.
— Лукавишь, Андрей Григорьевич, интуиция у женщин развита, а у тебя оперская чуйка. Разрешаю. Если что накопаешь, сразу мне докладывай.
— Это само собой, — кивнул я.
— Алексей, — я отвел криминалиста в сторонку. — Сгоняй в храм и сфоткай мне морду попа.
— Зачем это? — Катко выпучил на меня глаза.
— Надо. Потом скажу. Только фотай, как на паспорт. В анфас чтобы. Сможешь?
— Ты что, Андрей? Как я это сделаю? Скажу, чтоб замер, а то мне секретное фото сделать надо?
— Придумай что-нибудь, мол, приехал еще раз отснять рисунок в комнате Сапожникова. Скажи, что местные плохо отсняли, или пленку засветили.
— Это я могу, — закивал Алеша, — но как я батюшку-то щелкну? Он же не дастся.
— Так ты общий вид храма еще отсними, но чтобы он в кадр попал. Потом увеличишь, когда печатать будешь.
— Я попробую, — неуверенно пробормотал Катков, покрывшись испариной. — А Никита Егорович в курсе, что ты мне такие задачи нарезаешь?