— Если ты такой умный, — прошептал я, прижимаясь к стеле, — то ты должен был учесть Универсальный номинал !
И я, окружив себя Каменной стеной, усилием воли поднял её на десять метров вверх.
Голова тут же закружилась, но я и не думал довольствоваться сделанным. Каменную стену окружил гибкий Воздушный щит, а в накатывающую на меня волну полетели плетения Заморозки.
Все эти плетения жрали золото, как не в себя, но ничего лучше я не придумал.
Хотя, можно было пустить навстречу морской волне волну Огня? Но что-то я сомневаюсь, что сумел бы испарить такое огромное количество воды!
— Восемьдесят процентов, — буркнул Виш, всем телом прижимаясь к ретранслятору.
Дракончик хоть и не смотрел на катящуюся волну, но отлично ощущал угрозу. — Шхуна!
Мне понадобилось три Огненных копья , прежде чем рыбацкая шхуна исчезла во вспышке огня, а в следующий момент нас захлестнула шестиметровая волна.
Удар был такой силы, что у меня из носа пошла кровь, а из Инвентаря исчезло несколько тысяч золотых — Воздушно-каменный щит чудом выдержал, а волна жадно накрыла деревушку.
— Восемьдесят пять процентов…
Из-за того, что я оказался в рукотворном колодце, шум моря доносился до меня как-то глухо, но зато вода начала стремительно подниматься из-под земли.
Увлекшись, я совершенно забыл про защиту снизу.
К счастью, вода поднималась неохотно, и к тому моменту, когда волна потянулась назад, поднялась мне только до груди.
Да, холодно, да, неприятно, но, черт возьми, мы живы, и это самое главное.
— Как бы не так! — пробулькала окружившая меня вода, превращаясь в алый лёд.
Такой подставы я не ожидал, и мой колодец, который я удерживал из последних сил, рассыпался в мгновение ока. Следом на нас с Вишем хлынула отходящая назад волна, и я в последний момент сумел прикрыть фамильяра воздушным куполом.
Плетение получилось создать без помощи рук, усилием мысли, и если бы не алый лед, я бы наверняка собой гордился.
А так я, задержав дыхание, терпеливо дожидался, когда же наконец волна схлынет окончательно, и старался почувствовать онемевшее ниже груди тело.
Я не просто не ощущал своего тела, оно как будто стало чужим! Но хуже всего было то, что этот алый лёд стремительно поднимался вверх.
Грудь, шея, подбородок…
— Всё! — прорычал Виш, и алый лёд треснул на тысячи кусочков.
Волна, словно послушав Виша, окончательно схлынула, оставив меня по колено в морской воде, а я неверяще посмотрел на Виша.
— Как это всё, Виш? А как же девяносто?
— Специально пропустил, — хмыкнул фамиляр. — Чтобы подловить этого ублюдка.