Ведь одно дело пересечь Неву по каменной дуге, борясь только с ветром, и совершенно другое — под огнём неприятеля. Лично я сначала бы обрушил этот подозрительный мост и только потом задавал вопросы.
Поэтому я мчался по мосту так, что только ветер свистел в ушах.
Боялся не упасть, а не успеть добраться до Дворцовой набережной.
— За нами следят, Макс, — слова Виша были подобны грому среди ясного неба. — Поспеши.
В ногах словно появились пружины, и я сам не заметил, как оказался на том берегу.
Наш мост шёл чуть наискось — так, чтобы выходил не на Суворовскую площадь, а правее, поэтому первое, что я сделал, свернул к площади, полный решимости защищать левый фланг.
— Всё ещё следят, — продолжил информировать Виш. — Колеблются… Выжидают.
«Ты про стрелков и Магов Рыжова?».
— Ну а про кого ещё-то? — удивился Виш. — Остальные полки у дворца. В полной, кстати, боевой готовности.
Слова Виша навели меня на мысль о том, что он оказался прав, и обычные солдаты и гвардейцы не горят желанием драться против своих же. А раз так, то нужно спешить.
— Яковлев! — мой голос разнёсся по всей округе. — Помоги императрице!
Я не только давал приказ капитану доставить императрицу на этот берег, но ещё и прогревал занявших площадь одарённых.
Логика была проста: да, Рыжов — их командир, и они должны его слушаться. Но ведь они могли атаковать наш мост и попытаться скинуть нас в реку. Раз этого не произошло, значит ребята намеренно включили режим «тупой служака».
Сказано сидеть в засаде на Суворовской площади, значит, будем сидеть!
Сказано встречать огнём всех, кто прорывается через Троицкий мост — так и будем делать!
А про новый мост приказа не было.
— Надеюсь, ты прав, Макс, — протянул Виш. — Если получится, возможно, даже успеем перехватить молодёжь.
«Успеем, — протянул я и, не сводя глаз с площади, потянулся сознанием к Камневу. — Дмитрий, как дела?».
«Хреново, Макс! — хоть Камнев и отозвался практически сразу, но я почувствовал, что сейчас он занят. — Мы прорвались, потеряли треть людей, но прорвались. Сейчас идём на столицу, но на нас то и дело бросают всех, кого ни попадя».
«Понял тебя, — судя по всему, дела у Императора были не сахар. — Мы почти у дворца. Но есть проблема. К Сенату идёт молодёжь, надо их перехватить».
«Намекаешь на Арину? — с ходу раскусил мою задумку Камнев. — Я — против, но если не передам ей твои слова, она меня не простит. Где их перехватить?».
«Пересечение Невского и Адмиралтейского, — тут же отозвался я. — И чем быстрее, тем лучше. Только Арина сможет усмирить их юношеский максимализм».