— Нет, — ответил он и вернул мне телефон.
— Почему? Ты, вроде, хотел быть мне другом. Дай мне дельный совет. Ты все же парень и должен по-другому мыслить и рассуждать, — подталкивала я его, потому что нуждалась хоть в какой-то поддержке.
— Я не буду тебе ничего советовать. Осуждать и хвалить за твои действия, желания или чувства тоже. Это твоя жизнь. Твои ошибки. И твой выбор. Я не хочу дать неправильный совет, из-за которого ты меня потом возненавидишь, — отозвался Тим. — Как друг я могу выслушать тебя. Поддержать, утешить. Помочь, когда это понадобится. Защитить.
— Тим, откуда ты такой взялся? Тебе точно шестнадцать лет? — спросила я, удивленная его не по годам мудрыми словами. — Ты первый человек на моей памяти, кто готов поддержать, не вставив свои пять копеек. Тебе же не нравится Дамиан. У тебя был шанс его закопать. Но ты предпочел не вмешиваться. Честно, я впечатлена!
— Приятно слышать, — ухмыльнувшись, произнес Тим, резко меняя тему. — Только твоя мама уже два раза выглядывала. Пошли уже по домам, завтра в школу.
— И правда. Поздно уже, — согласилась я. — Может, зайдешь на чай?
— Нет. Правда, поздно. Мне тоже завтра в школу, — ответил Тим. — Пойдем вместе?
— Давай. Я уже три дня одна хожу, — ответила я и снова ощутила острый укол в районе сердца. Мои слезы иссякли, но оно все еще рыдало.
Арина
Мне удалось проскользнуть мимо мамы и сразу забежать в ванную. Смыть с лица эти черные потоки было просто необходимо, а там уже принять душ и надеть пижаму.
— Ты чего сразу в душ побежала? Все в порядке? — спросила мама.
— Конечно, — произнесла я, выдавив из себя улыбку. — Просто время уже много. Прости, что долго.
Чмокнула маму в щеку и поплелась в свою комнату.
— Спать хочу, жуть!
— Спокойной ночи, ласточка, — сказала она мне вдогонку.
— Ага. И тебе, — ответила я, зевая.
Спать действительно хотелось. Слишком много со мной произошло в этот день потрясений. Сил не осталось ровным счетом ни на что. Слез больше не было, наверное, водный баланс в организме нарушился от продолжительных рыданий. Хотелось просто лечь и провалиться в темноту и так пережить эту ночь. А утром уже должно быть легче. Но это не точно.
Заснуть, вроде, было легко. Но мне это почему-то не удавалось. Голова раскалывалась. Было ощущение, что кто-то молоточками по вискам настойчиво стучал. И это сводило с ума и не давало расслабиться. Удалось провалиться в неспокойный сон, только когда за окном уже стала рассеиваться тьма.
— Арина! Ты проспала уже! Если не встанешь, твои проблемы, — услышала я голос мамы, стоявшей под дверью.