— Ну, ты это зря, — Карина покровительственно похлопала парня по руке. — Кудея знаешь, как уважают? Он тебя в обиду не даст, даже если ты и не его сын, а ученик. Он тебя и Барбашину представит, и даже губернатору…
— Ну да, представит, — перебил её Иван. — С того света вернётся, и представит.
— В смысле, «с того света»? — ахнула девушка, испуганно приложив пальцы к губам. — Он что, умер?
Вместо ответа парень кивнул влево. Карина вскочила и шагнула в ту сторону, сразу же остановившись. Куда-то бежать не было никакой необходимости, и так всё было понятно. В неглубокой ложбине чернело кострище, на котором, судя по количеству углей и золы, недавно было сожжено тело. Запах гари, до того почти незаметный, ударил в ноздри, и девушка зажала нос, опасаясь унюхать в этом букете нотку горелого человеческого мяса.
Она вернулась к костру и с опаской посмотрела на Ивана. До этой минуты он казался ей довольно безобидным парнем. Ну да, крепкий, но тут, на свежем воздухе и натурпродуктах, хилые не выживали. Но вот так, запросто сидеть в двух шагах от крематория и обедать? Как-то не укладывалось это в голове, не так должен поступать скромный деревенский хлопец. Такое присуще скорее разбойнику, у которого руки по локоть в крови, и который при виде мертвеца даже не поморщится. А она тут с ним любезничает!
— Как же ты нас нашел? — осторожно поинтересовалась Карина.
— Дак вестника же Кудей прислал, — удивился Иван. — Ну, а мне чего делать оставалось-то? Сидеть и ждать, пока хозяйство окончательно развалится? Как птица прилетела, так я народ собрал, кто ещё остался, имущество остатнее им роздал, что было, да и поскакал. Третьего дня здесь был, но всё едино опоздал. Ты в беспамятстве, а Кудей… В общем, вот так. И что мне с ним делать было, не с собой же везти? Лето, он вонять бы начал…
— Фу!
— Вот и я про тож. Ну, соорудил я помост, обложил его травами, да и сжёг. Останки собрал, потом в реку кину.
— Не похоронишь?
— Ни к чему это, — покачал головой Иван. — Мага лучше в огне хоронить, и в воде бегучей.
— А вещи? — девушка покосилась на внушительную гору баулов. — Они чьи?
— Твои, я думаю, — почесал в затылке парень. — Я полазил, там бабские тряпки вперемешку с золотом и серебром. Навряд ли Кудею такое подошло. Его лишь пара сумок с книгами, да мешок с головой…
— С чем⁈ — подпрыгнула девушка.
— Голова в мешке заговорённом, — Иван встал, покопался в сумках, и вытащил из одной мешок. — Вот, не знаешь, кто это?
Без всякой брезгливости он достал за волосы из мешка человеческую голову. Карина почувствовала, что съеденное просится наружу, и зажала рот, тяжело дыша. А Иван, словно не замечая её состояния, поднёс голову поближе, чтобы она могла во всех подробностях рассмотреть этот ужас.