— Да, армейских вы могли бы вычислить через Единый Демографический Реестр, — спутник гангстера непринуждённо демонстрировал, что в кое-каких прикладных реалиях ориентируется не хуже записного полицейского дознавателя. — Но в том-то и оно, что самоубийца только притворялся армейским — перед вашими патрульными.
— Получается, он всё просчитал? У полиции не осталось ни единого способа его идентифицировать — отпечатки пальцев, физиономия уничтожены в буквальном смысле, а доступ к ДНК нам не дадут, — Хироюки покачался вперёд-назад.
— Думаю, даже пальцы он уничтожал из перестраховки, вы б до его отпечатков не дотянулись… Давайте зайдём с другой стороны, именно за этим мы здесь, — Миёси вежливо напомнил о себе. — Вы согласны, что имела место личная заинтересованность сотрудников вашего спецотряда? После всего, что мы уже обсудили касательно их программ подготовки и мотивации?
— Да, — нехотя проскрипел зубами чиновник.
— Решетников-сан за семь минут определит тех четверых, которые обыскивали лежащего на земле фигуранта и, с высокой степенью вероятности, подбросили ему злосчастную гранату. — Борёкудан не шутил, не иронизировал, он предлагал всерьёз.
— Как? — вяло поинтересовался министр исключительно из вежливости.
— Вот вертолёт, — светловолосый ткнул пальцем через плечо назад. — Летим на их базу, вы никого не предупреждаете. Строите прямо сейчас всех, даёте мне минуту. После этого с четырьмя, на которых я укажу, подключайте полиграф и работайте по процедуре внутреннего расследования — у вашего ДВБ же есть полномочия на принудительное использование таких инструментов?
— В особых случаях, — не стал спорить Хироюки. — В принципе, сейчас такой и есть. Могу поинтересоваться, как вы выведете тех четверых, если даже я ничего не смог сделать? Круговая порука замкнутого коллектива, остальные своих не сдают принципиально.
— Если не секрет, а почему вы не отправили всех участников операции на полиграф? — вопросом на вопрос ответил полукровка. — Прогнали бы всех, нашли бы нужных?
— Они отказались. ДВБ на моё устное распоряжение заявил, что всех подозревать отказывается — наш внутренний регламент. Если бы я мог действительно указать, с аргументами, четверых — фокусно они бы поработали. Хм. — Предложение открывало смутную перспективу, но следует ли на такое полагаться.
— У вас Департамент Внутренней Безопасности может перечить министру? — Решетников удивился, по виду искренне.
— У нас не армия, — не удержался от едкого сарказма Хироюки. — В отличие от армейских контрактов, полицейские при поступлении на работу не дают письменного согласия на поражение в гражданских правах. Если вы сможете сузить круг до четвёрки, я смогу запустить процедуру и полиграф — ВОПРЕКИ законодательству, с учётом, так сказать, резонанса дела. И вы до сих пор не ответили, как вы их определите?