Отмахнулся.
— Чушь. Если один человек захотел убить другого, оружие он найдёт. Здесь важно не то что я буду создавать оружие, а то, в чьи руки моё оружие будет вложено. В руки братьев.
Глюк продолжал развлекать меня разговором. Иронично, что путешествие получилось куда более приятным, чем в предыдущее, вместе с караваном… Даже не знаю, были они настоящими или тоже галлюцинациями. Все попытки моего нереального собеседника меня в чём-либо уличить, обличить, надавить на совесть или вызвать иные негативные эмоции натыкались на мою логику, разбивающую любые аргументы. Удобно спорить с самим собой.
Впереди показались каменные стены форта, где-то там была и башня химика. Что бы там ни говорила галлюцинация, я выберусь из мглы.
В башне Дейдары ничего не нашёл. Впрочем, я этого ожидал. Не знаю, как быстро распространялась мгла, но Марк, помнится, говорил, что между взрывом и чернотой прошло какое-то время. Может, офицер говорил об одной ночи, а может, о паре дней. Не могу вспомнить. Нет, неверно. Не могу вспомнить, какое из воспоминаний ложное, а какое правильное.
Вышел на улицу и ещё раз огляделся. Посмотрел на стену, сделал два шага и протянул руку, ощупав пальцем небольшое отверстие. Отверстие от пули. Здесь произошёл бой. До наступления мглы или после? Огляделся ещё раз, но пришёл к выводу, что мне, по сути, всё равно. Не имеет значения, что здесь случилось.
Прохожу форт насквозь. Вокруг глухая тишина. Чернеют пустые окна и дверные проёмы. Над головой чёрное небо. Под ногами чёрная земля. Мгла сгущается.
Останавливаюсь, прислушиваясь к себе. Прислушиваясь к миру вокруг, к магии. Да, граница. Граница где-то рядом. Я помню ощущения, испытанные перед тем, как меня выбрасывало обратно.
Оглядываюсь, но… Место, где я стою, ничем не хуже, чем любое другое. Начинаю собирать заклинание.
С первого раза не выходит, другое место, другая концентрация энергии в окружающем мире, приходится проводить тонкую калибровку. Но это мелочи, главное — у меня есть рабочий конструкт. Несколько минут работы и заклинание заработало. Чернота пошла на убыль, окружающий мир медленно, едва различимо начал возвращать себе краски.
— Ничего не выйдет, — на потёртой грязной скамейке сидела Соня. — Граница, отделяющая нас от реального мира, куда прочнее, чем ты думаешь.
— Во-первых, я тебе не верю и твои слова априори принимаю за попытку меня обмануть. Во-вторых, не знаю, пока не попробую. В-третьих, делать больше всё равно нечего. Из чего делаем вывод — я всё равно обязан попробовать.
Соня улыбнулась, и одежда с её тела исчезла. Девушка поменяла позу, перебросив одну ногу через другую.