Я пошёл первым, помогая идти Аннет. Чтобы не тратить время, просто убирал стены и заборы, так что шли мы почти по прямой. Довольно быстро заметил, что Аннет, чей вес я в любом случае не ощущал, вовсе перестала двигаться, безвольно повиснув в моих руках. Остановился обернувшись. Титус ещё шагал, остальные плелись с сильным отставанием.
Поравнявшись со мной жрец, уже не бледный, а начавший медленно чернеть, остановился.
— Что встал?
— Мы не дойдём, — констатирую факт. — А если и дойдём, в таком состоянии ты всё равно ничего не сделаешь.
Жрец медленно развернулся. Остальные выглядели ещё хуже, так что в моей правоте он мог убедиться.
— Да. Не дойдём.
Первым до нас доковылял Демьян. Упал на колени. Увидев это его люди просто свалились. Вот только что вяло переставляли ноги, а сейчас свалились, как мертвецы. Демьян плохо слушающимися руками пошарил в карманах. Достал трубку. Посмотрел на неё, осознавая, что не сможет набить и прикуриться.
— Помочь? — спрашиваю.
— Перед смертью не накуришься, — ответил одарённый. — Похоже, я всё. Не хочу превращаться…
Достал пистолет. Взвёл. Приставил к подбородку. И застрелился.
— Я могу что-то сделать? — спросил без особой надежды на положительный ответ.
Жрец, с завистью смотревший на застрелившегося одарённого, стянул с себя сумку и протянул мне.
— Попробуй. Там все мои записи. Если я ещё не сошёл с ума, то ты разберёшь.
Забрал сумку. Жрец постоял немного и неровным шагом поковылял к обрыву. Я закинул сумку на плечо и взял Аннет на руки, после чего пошёл в храм.
Я нашёл источник мглы. Абсолютно чёрная сфера около двух метров в диаметре, на глаз. Сильно мешали искажения на её поверхности, не позволявшие оценить точный размер. Она сочилась мраком и копотью. Она заполняла всё вокруг, но в то же я мог здесь спокойно всё видеть. Комната была мне знакома, в подобной я проходил посвящение, ничего нового. Я постоял, посмотрев на зеркальную поверхность чёрной сферы, полюбовался на собственное лицо. И вышел наружу.
Аннет я посадил здесь, на вершине пирамиды, прислонив к стене. Девушка была уже, по сути, мертва, но… В записях Титуса ничего не нашлось. Он сошёл с ума, там была тарабарщина. Мне, по уму, следовало спуститься в библиотеку и поискать что-нибудь, но…
Три недели, так сказал Марк. Мгла стоит уже три недели. Не мог я три недели валяться в лесу.
— Сообразил, наконец? — ехидным голосом заговорил труп Аннет.
Я моргнул. У стены сидел скелет. Довольно свежий, но скелет. И говорил он голосом Астарты.
— Я пытался самостоятельно выйти через пелену мглы, — не столько вспомнил, сколько понял.