У Алекса не оставалось особого выбора, так что привередничать было некогда. Он выбрал из вещей широкие брюки, белую свободную рубашку и резиновые шлёпки. После чего начался яростный торг. Торговец хотел максимально нажиться на своём старом секонд-хенде, а покупатель желал сэкономить как можно больше. В итоге они сошлись на пятидесяти баксах. Продавец в качестве сдачи вручил пачку местных цветных фантиков. Шульц даже не собирался вникать в название этой валюты и думать о том, насколько его нагрели.
Отъехав от деревни, он остановился и переоделся. Одежда была чистой и хорошо пахла, так что не вызывала чувства неприязни из-за того, что её до этого кто-то носил. В таком наряде он уже не был похож на военного. Больше напоминал местного фермера из иностранцев, который вовремя не свалил из страны и ехал куда-то по своим делам с каким-то грузом в кузове.
С помощью трофейной карты, японской брички и какой-то там немецкой матери, Шульц пересёк границу и оказался в Эфиопии. По крайней мере, так должно было быть, если верить карте и его способностям в ориентировании на местности. Вот только территория этой страны была отмечена на его карте лишь частично. Чтобы нормально тут передвигаться, не нарвавшись на патрули и полицию, ему нужен был проводник из местных жителей. Вот только нанять знающего человека не так-то просто, как и найти его. Нельзя же приехать в первый попавшийся посёлок и спросить у прохожего, мол, где у вас обитает пронырливый парень, который знаком с местностью и готов за деньги оказывать незаконные услуги. В любом месте за такое пошлют на три буквы, а могут и по роже дать. Но у него был свой вопрос, за который вряд ли пошлют или побьют, да и проводник может найтись.
В итоге он наткнулся на небольшой посёлок, который сложно идентифицировать. Для деревни он слишком большой. Для города маленький и утыкан разнообразными одноэтажными домами, построенными из чего под руку попалось: глина, доски, кирпичи, листы шифера, черепица и солома. В общем, местную архитектуру можно было назвать: что нашёл, из того и построил.
И вот в этом месте, привлекая повышенное внимание аборигенов, Александр принялся искать тех, кто владеет английским. Найдя такого человека, он начал его расспрашивать о местных диких племенах. Об одном таком собеседник ему с радостью поведал — о племени Омо. Он говорил, что это дикие люди, мол, ходят с оружием и пасут коров, а правительство с этим ничего не может поделать. Но Алекса такая информация лишь приободрила.
Продолжив расспросы о том, как добраться до этого племени, собеседник сначала пытался отговорить иностранца от столь безрассудного поступка. Затем сдался, и проводил его до знакомого, который знал о том, как попасть к Омо. Последний за сотню баксов с радостью согласился поработать проводником, прокатившись в пикапе до рынка, на котором собираются дикари. А ведь именно рынок больше всего интересовал немца, а не сами скотоводы.