Даже пожар, который случился на одном из кораблей, не заставил капитана нервничать.
А ведь он знал, какой груз перевозило то судно и какие могли быть последствия, если бы им не удалось так быстро справиться с очагом возгорания.
— Да, капитан! — крикнул глава рода Сервантес в ответ моряку, после чего пошёл в сторону капитанского мостика.
«А ведь тот пожар был неспроста», — вспомнив о недавнем прошествии, подумал Матиас, пока шёл по палубе. Огонь явно был магического происхождения. Вопрос только в том, кто мог устроить это возгорание?
Капитанов и команду выбирал лично его секретарь, которому Сервантес безоговорочно доверял и знал, насколько тот щепетилен в подобных вещах.
Неужели кто-то из шпионов, коих на кораблях было больше десятка, и о каждом из них генерал знал.
При этом они совершенно не волновали Матиаса, ведь как только они причалят, все до одного умрут.
— Что случилось? — спросил Сервантес, поднявшись по лестнице на капитанский мостик.
— Посмотрите туда! — произнёс моряк, указывая на остров и передавая Матиасу магическую подзорную трубу.
Воспользовавшись магическим предметом, генерал несколько секунд смотрел на Проклятые земли, а затем грязно выругался.
Откуда их там взялось так много⁈
— Корабли! — громкий голос Иного пронёсся по песчаному пляжу, привлекая внимание всех, кто присутствовал на нём.
Как это было и в случае Избранника Угла, здесь не обошлось без магии, что означало: это не личная магия друида, а, скорее всего, какой-то предмет или артефакт.
«А что, вполне удобно», — подумал я, глядя на Иного, который стоял на обломке корабля, с помощью магического зрения.
«Хм-м, это что? Ракушка?» — сконцентрировав ману в глазах, получше присмотрелся я.
«Точно, именно она», — понял я и начал вспоминать, была ли такая у Избранника Угла, когда тот вызывал участников турнира и объявлял победителей.
«Возможно, и была, ведь он всегда говорил в кулак», — «достал» я из своих воспоминаний фрагмент, когда наблюдал за вождём.
Пока обо всём этом думал, я краем глаза увидел, как Жумельяк взлетел в воздух. Как только он оказался на достаточной высоте, в его руках появилась подзорная труба, которая имела магическое происхождение.
Какое-то время он смотрел с помощью неё вперёд, а затем опустился и произнёс:
— Там и правда иллерийские корабли.
— Сколько? — спросил Пересмешник.
— Много. Я насчитал больше пары десятков, — ответил Жозе, и Де’Жориньи вместе с Де’Аламиком присвистнули.
— Где ж он столько взял? Да в военное время! — усмехнулся Анри и посмотрел на Венеру. — Хе-хе, видимо, он сильно любит свою дочурку, — хмыкнул Пересмешник. — Хотя неудивительно, учитывая, что только она в живых из этой семейки и осталась, — добавил он так, чтобы младшая Сервантес его точно услышала.