— Можешь пойти со мной? — спросил он. — Нужно кое-что обсудить.
Было видно, что эти слова дались ему очень нелегко, поэтому я кивнул.
— Хорошо, — ответил ему, после чего повернулся к друзьям. — Я ненадолго, — сказал своей небольшой компании людей, по которым было видно, что они тоже почувствовали напряжение и были готовы в любой момент броситься в драку, если бы та вдруг началась.
Больше не говоря ни слова, я отправился за Иными, чувствуя спиной, как мои верные товарищи провожают меня тяжёлыми взглядами.
«Всё же хороших друзей мне удалось найти в этом мире», — подумал я и невольно улыбнулся.
Вскоре мы подошли к Иным из племени Свежевателей, вместе с которыми стоял и Громоящер.
Все они столпились вокруг Рвущего жилы, а рядом с ним лежали его фамильяры.
Да, сейчас полупрозрачные щупальца просто лежали на земле и практически не двигались.
— Ты знаешь, зачем ты тут? — пробасил Громоящер.
— Да, — кивнул я, а буквально в следующее мгновение с арены послышался голос Избранника Угла.
Он объявил следующих участников турнира.
В бою должны были сойтись Иные из племени Потрошителей и Хозяев степей.
Коренные жители снова взорвались воинственными криками, улюлюканьем, но Громоящера всё равно было слышно.
— Ты хотел оскорбить Клыкаря и его племя своим поступком? — прямо спросил Громоящер, глядя мне в глаза.
— Я не хотел убивать сильного воина, который может сражаться на войне, — спокойно ответил я, выдержав его тяжёлый взгляд.
Оба вождя переглянулись.
— Что ты с ним сделал? — спросил Громоящер.
— Парализовал тело. Он выглядит мёртвым, но он жив. Мозгу не был нанесён вред, и я могу в любое время вернуть его к жизни, — честно ответил я Иным.
Услышав мои слова, Клыкарь изменился в лице. Он с надеждой во взгляде посмотрел на того, кому всецело доверял и от которого зависело решение — жить его соплеменнику или нет.
Шаман посмотрел на тело друида и тяжело вздохнул.
— Ты прав: сильные воины нам нужны, — произнёс он. — Но ты сам согласился участвовать в поединке насмерть. Ты сказал это перед ликом Нра’Ачату, и мы должны соблюдать традиции и уважать слова, данные Нра’Ачату, — добавил он, и я понял, к чему он ведёт.
— Хорошо. — Я быстрым движением достал из ножен шпагу, после чего собрался было нанести удар, который мгновенно и безболезненно оборвал бы жизнь Рвущего жилы, но Клыкарь меня остановил.
— Не надо! — произнёс шаман, встав между мной и своим соплеменником. — Я возьму всю ответственность на себя! — добавил он, встретившись взглядом с Громоящером.
Несколько секунд два вождя смотрели друг на друга, а затем сильнейший шаман тяжело вздохнул.