— Да, ящик ему нужно доставить, — ответил он. — Вот эта, — он указал на табличку с фамилией Жумельяк, у какого шатра стояла? — спросил он.
— Вон у того, — рядовой кивнул на самый дальний от них шатер. — Только строго настрого было велено никому туда не соваться! — добавил его собеседник.
— Хорошо, — кивнул Каратель и не обращая на слова солдата внимания, направился в сторону шатра кардинальского сына.
Франсуа знал, что его племянник дружен с ним, поэтому если где и получится узнать, куда подевался отряд его племянника, а заодно и сам Жумельяк, то это в его шатре.
Он успел сделать всего несколько шагов, когда его чувство опасности забило тревогу.
«Что происходит?» — успел подумать Де’Кларри, а буквально в следующую секунду раздался мощный взрыв.
Весь следующий день мы провели верхом и остановились на привал, только глубокой ночью.
Да уж, представляю как тяжело, наверно, поддерживать такое сильное заклинание столько времени к ряду, — подумал я, смотря на фигуру в черных одеждах, лицо которой скрывала магическая маска.
В этот раз, для привала был выбран густой подлесок, а значит ночь предстояло провести под открытым небом.
И хорошо, что у меня с собой было несколько походных плащей, ибо целый день, с самого утра, шел ливень и я промок до нитки.
А тем временем, все начали устраиваться на ночлег, и майор, как это было в прошлый раз, отвел девушку в сторону от остального отряда.
И судя по выражению лица Де’Фаллена разговор с ней ожидался серьезный.
— Люк, держите, — ко мне подошел здоровяк Жуль и протянул мне фляжку.
— Благодарю, — ответил я, начиная понемногу концентрировать магическую энергию в ушах, дабы услышать разговор девушки в маске и Тьери.
Может, это было неправильно, но лично я предпочитал быть в курсе текущей ситуации, ведь как говорилось в моем родном мире, кто предупрежден, тот вооружен.
Я сделал глоток и по телу сразу же начало распространяться приятное тепло. Крепкий алкогольный напиток, который у него был не только оказался высокоградусным, но в своем составе, точно, имел какую-то жгучую смесь перцев, поэтому согревала на ура.
— Что это? — спросил я Жуля, при этом продолжая концентрировать ману в ушах.
— Настойка на перцах, — довольным голосом, ответил мой друг. — Отец делает, — гордо добавил он.
— Понятно, спасибо. Очень согревает, — ответил я и Де’Жориньи улыбнулся.
— Пожалуйста, — пробасил он. — Пойду угощу Анри, — произнес он, и я кивнул.
Отлично, а-то пришлось его самого как-то справаживать, так как его голос уже был слишком громким для моего слуха, усиленного с помощью магии.