«Эх-х, жаль я не увижу его лицо, когда он поймет, что благодаря ему я оказался на свободе,» — подумал Идальго, и улыбка на его губах стала еще шире.
— Фуу-ух, — Сервантес сел на камень, который так удачно подвернулся ему, чтобы перевести дыхание.
Он не считал, сколько времени он уже бежал, но, судя по усталости, явно не меньше часа.
А может, даже и больше.
И все это он проделал со связанными руками.
«Пора бы избавиться от пут,» — подумал Идальго и начал не спеша растягивать веревку в разные стороны, чтобы растянуть узлы.
Де’Аламик явно не зря ел свой хлеб и связал Серебряного змея на славу.
Он даже колдовать не мог из-за того, что верёвка не позволяла ему составить магические жесты.
Сервантес и сам мог вязать также. Забавно то, что такому способу он научился у одного из галларийских офицеров.
Как там его звали…
— А, плевать! — буркнул Идальго, продолжая ослаблять узлы на веревке.
Это заняло какое-то время.
— Фуу-х, наконец-то! — Он смог добиться некоторой свободы для пальцев своей левой руки, поэтому сразу же сложил несколько магических жестов, и на его запястье появилась небольшая волшебная змейка — цепь.
Заклинание быстро расправилось с путами, перекусив их, и Сервантесу удалось освободить свои руки.
Несколько минут он разминал затекшие конечности, подвижность к которым возвращалась медленно и неохотно.
— Отлично, — он несколько раз сжал и разжал кулаки, убедившись, что все мышцы работают отлично. После чего осмотрелся по сторонам.
Хм-м. Идальго задумался. У него была хорошая память, поэтому ему не составило труда представить перед мысленным взором карту Проклятых земель, чтобы прикинуть, где он находится и куда ему двигаться дальше.
— Туда, — указал Сервантес сам себе дорогу и уверенным шагом пошел вперед. Он знал, что если выдвинется на юго-запад, то через несколько миль должен будет выйти к небольшой речке.
Если он пересчет ее, то окажется на пляже, который местные дикари называют «Красным».
И, разумеется, не просто так.
Песок на нем действительно имеет темно-красный цвет из-за большого количества крови, который он впитал во время «Великой резни», одной из самых кровопролитных войн между иными.
Серебряный змей знал о ней мало. Как-то Мамука разговорился у костра и поведал ему, что однажды много племен иных объединились против другого племени, которое за несколько десятков лет обрело такую силу, что справиться с ними было невозможно силами одного или двух племен. В итоге разразилась кровопролитная война, и самая главная битва как раз случилась на этом пляже. Если Мамука ничего не приукрашивал, то песок в буквальном смысле слова тонул в пролитой здесь крови.