— Ладно, — Сервантес принял вертикальное положение, после чего бросил на монстра последний взгляд.
Он уже собрался было приказать второй змее убить восьминогую тварь, как вдруг краем уха он уловил какие-то звуки с той стороны, откуда появился монстр.
Серебряный змей насторожился и медленно сделал несколько магических жестов, тем самым используя свою магию и вызывая еще одну змейку. Последнюю.
Его максимум был три змеи, и если бы он призвал еще одну, то исчезла бы первая. А это, считай, верная смерть.
Странно, — подумал Сервантес. Ягваи всегда охотятся в одиночку. Во всяком случае, про это он читал в одной энциклопедии, посвященной фауне Проклятых земель.
Может, детеныш?
Тоже вряд ли. Восьминогие полукошки-полупауки откладывали одно яйцо в период размножения, после чего стаскивали в гнездо несколько тушек других тварей Проклятых земель и уходили.
Малыши вылуплялись, а затем начинали активно поедать принесенную им еду.
Самое жуткое было то, что все жертвы, которых принес детенышам их заботливый родитель, были живы, но парализованы.
В итоге получалось, что детеныши поедали своих жертв живьем.
Факты, конечно, Идальго вспомнил интересные. Вот только сейчас они ему помочь ничем не могли. У него было заклинание-змейки и по сути, все.
Все его артефакты и оружие забрали галларийские ублюдки.
А ведь меч был фамильной реликвией его семьи, который не отдали Лукасу по той простой причине, что он решил не пойти по стопам отца и выбрал не карьеру военного.
«Вот он, наверное, обрадуется, когда узнает, что я потерял оружие,» — подумал Сервантес, не спуская глаз с густых зарослей, откуда слышались звуки.
Сейчас он был сконцентрирован как никогда, и единственное, что ему оставалось, это лишь дождаться своего противника. Но время шло, а из джунглей так никто и не показывался.
«Странно. Мне же не могло все это показаться,» — подумал Сервантес. А буквально через мгновение послышался звук спущенной тетивы, а его правое плечо обожгло сильной болью.
Как бы ловок он ни был, от стрелы он уклониться чисто физически не мог.
Особенно если она была пущена из лука иного. А именно из него и выстрелили в Серебряного змея, так как иллериец видел, какое в стреле оперение, ведь она торчала из его тела.
Идальго выругался, а затем произнес.
— Я друг! — сказал он это, разумеется, на языке иных.
Ответом ему была тишина.
— Я главный в форт Блистательный! — произнес он и упал на одно колено, так как сознание начало понемногу покидать его.
Стрела, разумеется, оказалась отравленной.
«Главное не потерять сознание! Главное не потерять сознание!» — словно молитву повторял себе Серебряный змей, так как понимал, стоит ему отключиться, как его магия сразу же развеется, и тогда он точно станет закуской для Ягая.