Призрак снова задумался. Если, конечно, они вообще на подобное способны.
Я перевёл взгляд на Де’Аламика и увидел, как тот напрягся.
— Мно-го зим, — наконец ответил Алый аббат.
Хм-м, получается, много лет? Опять же, слишком растяжимое понятие.
— Можешь вспомнить сколько? — спросил я, и наш призрачный собеседник снова задумался.
При этом его мантия перестала угрожающе развиваться, да и вообще он как будто стал выглядеть менее враждебно.
Во всяком случае, так подсказывало моё чутье, которому я привык доверять.
Алый аббат медленно повернулся и указал рукой на могилы, а вернее, на надгробные камни и кресты.
— Больше, чем их, — наконец дал он ответ, и я облегчённо вздохнул.
На погосте их было больше, чем тридцать штук, а значит, и убить сестру Де’Аламика он не мог.
Вот только, судя по выражению лица Пересмешника, ответ призрака не сильно-то что-то изменил в его намерениях.
— Анри, — позвал я его, и тот повернулся ко мне. — Он не убивал твою сестру, — произнёс я, глядя на лекаря, который выглядел очень напряжённо.
— Откуда ты знаешь, что он говорит правду⁈
— А ты думаешь, призраки умеют врать?
— Не знаю. — Он покачал головой, но оружие опустил.
Я хлопнул друга по плечу.
— Пойдём, — кивнул ему в сторону церкви, но сразу понял, что Пересмешник никуда со мной не пойдёт.
— Мне не будет покоя, Люк.
— Пока что́? Пока жив Алый аббат? — прямо спросил я.
— Я должен знать, что случилось с моей сестрой! — произнёс Анри, глядя мне в глаза.
— И при чём тут призрак? — спросил я, а затем повернулся к «хозяину разрушенной церкви». — Ты видел его раньше? — спросил я призрака, указав рукой на Де’Аламика.
— Да, — протяжно ответил он.
Мы с Анри переглянулись.
Это многое меняло.
— Со мной была девочка! — с надеждой в голосе произнёс Пересмешник.
— Да, — снова ответил Алый аббат.
Пересмешник снова проглотил ком, застрявший у него в горле, и с замиранием сердца спросил:
— Что с ней стало?
— Не зна-ю.
— Но ты не убивал её? — спросил лекарь и напрягся.
— Нет, — ответил Алый аббат, и у меня отлегло от сердца.
В отличие от Анри, который наотрез отказывался верить этой сущности, которая, к слову, оказалась довольно терпеливой и продолжала отвечать на наши вопросы.
Хотя, с другой стороны, куда призраку торопиться? В его распоряжении всё время этого мира…
— Но она была здесь⁈ — рявкнул Пересмешник, явно начиная терять терпение.
— Да, — в свойственной ему неспешной манере ответил Алый аббат.
— Успокойся, Анри, — сказал я другу. — Нужно задавать вопросы немного по-другому, — добавил я и обратился уже к призраку: — Она ушла отсюда живой?