— Согласен. Пока он нас не трогает, нет смысла его беспокоить, — выразил разумную идею Жумельяк.
— Жозе прав, — кивнул я. — Не буди лихо, пока тихо, — произнёс я поговорку из своего мира.
— И что это значит? — Пересмешник смерил меня странным взглядом.
— Ничего, — улыбнулся я. — Просто давайте оставим его в покое, — сказал я, и Анри кивнул.
— Я не против. — Он пожал плечами.
— Вот и славно. — Я пошёл в сторону друзей, а лекарь последовал за мной.
— Получается, что всё же Алый аббат — это не сказка и не вымысел, — усмехнулся Де’Аламик, поравнявшись со мной.
— Как видите, — ответил я и обернулся.
Призрак продолжал стричь ограду.
— Думаете, он убивал? — спросил Пересмешник.
— Возможно. — Я пожал плечами. — Думаю, он на что-то способен, если его разозлить, — добавил я, понимая, что если он может передвигать предметы своей магией, то может быть крайне опасен.
— Не думаете, что верным решением было его убить? — неожиданно спросил лекарь.
Признаться честно, было странно услышать от него подобное.
— Почему вы так решили, Анри? — спросил я.
— Он может быть опасен.
— А почему вас волнуют такие вещи? — усмехнулся я, ибо слова Пересмешника меня действительно удивили.
Обычно подобные вещи его мало волновали.
— Сам не знаю. — Он пожал плечами.
— Поэтому нужно оставить всё как есть, — присоединился к разговору Жозе. — Церковь заброшена, а само место обладает плохой репутацией. Если кто-то сунется сюда, да ещё и сам разозлит Алого аббата, то это будет сугубо его вина. Глупость наказуема, поэтому… — Жумельяк развёл руками в стороны. — Или вы придерживаетесь другого мнения, Анри?
Лекарь задумался.
— Сложно сказать, — ответил он, и его слова снова показались мне странными.
Что-то в его поведении было не так, как всегда, и это было заметно.
Пока мы шли и разговаривали, наша компания покинула сад, и мы оказались снова рядом с церковью.
— Идите, я пока побуду снаружи, — произнёс Де’Аламик, когда мы собирались уже зайти внутрь.
— Зачем? — удивился здоровяк.
— Покараулю, — усмехнулся Пересмешник.
— Так фанги же…
— Идёмте, Жуль. — Я хлопнул друга по плечу и подтолкнул его в сторону входа в разрушенную церковь.
— Но… — Он остановился, поэтому мне пришлось немного влить маны в мышцы, чтобы «помочь» ему пройти вперёд.
Его удивлению не было предела, когда у меня всё получилось.
Я обернулся на Пересмешника, и он, грустно улыбнувшись, кивнул мне, тем самым молча поблагодарив меня.
— Да что с ним? — спросил Жуль, когда мы оказались внутри.
— Вероятно, хочет побыть один, — ответил я.
— Но почему? — наивно и по-детски удивился здоровяк. — Это на него не похоже, — в его голосе послышались нотки обиды.