— Мне нравится, очень разумно.
Дядька же, странно посмотрев на Степана, хмыкнул и согласился:
— Так будет лучше, но серебра придётся много потратить. И если угодим под набег степняков, то потеряем много добра. С обозом от них не уйти.
— Бог с ним, с этим добром, главное — людей не потерять. — Вставил я свои пять копеек.
— Нужно отправлять только казаков. Они, если не смогут отбиться, то просто уйдут от степняков, бросив обоз. — Заметил Степан, немного подумал и неожиданно добавил:
— Я бы сходил, но мне надо быть рядом с Семеном. А так я был в тех краях ранее и знаю, куда можно нагрянуть первым делом.
— У меня сейчас и так с охраной даже слишком все хорошо. Вон сколько боевых холопов, да и Нечай в обиду не даст, случись что. — С улыбкой заметил я и подумал, что, в принципе, идея, высказанная Степаном, действительно классная. Так, правда, можно между делом решить кучу проблем. Да и людей из крепости при таком раскладе повезем не на пустое место.
В итоге, просидев в бане чуть ли не до полуночи, мы потихоньку выработали план действий. Правда, ещё пару дней решили подумать, ещё поговорить об этом по трезвому. Но и так понятно, что идея стоящая, а значит, стоит воплотить её в жизнь.
После бани, вернувшись домой, я слегка потерялся, когда не обнаружил там родных. Даже масляную лампу зажег от неожиданности, но обдумать происходящее не успел. Входная дверь скрипнула, и в комнату скользнула Мария.
Наверное, потому что был чуть навеселе, я, глядя на неё, на автомате произнес:
— Ну вот, умылась и на человека стала похожа.
— Чтооо? — Возмущенно пропищала гостья и прищурив глаза, прошипела:
— Кикимора, значит, болотная, на саму смерть похожая?
— Про смерть я не говорил. — Открестился я, понимая, что сморозил глупость, и сейчас меня, похоже, будут бить.
Я как-то даже не ожидал, что Мария, всегда скромная и покладистая, может превратиться в такую фурию, которая с криком кинулась в бой, как на лютого врага.
Хоть и опешил малость, но отреагировал, как надо. Сгреб в охапку и просто начал целовать, не позволяя вырваться.
Надолго её сопротивления не хватило, да и у меня, говоря по правде, крышу снесло, когда руки будто сами по себе пробежались в интересных местах.
В общем, мы надолго потерялись.
Уже перед рассветом Мария, одеваясь, произнесла-пожаловалась:
— Ноги не держат, права была Амина. Лишней она точно не будет. — Повернулась ко мне и добавила: — Попробуй только снова сбежать, точно тогда прибью.
Я даже отвечать не стал, выдохся напрочь. И только кивнул, слегка расплывшись в улыбке, на что Мария заметила: