Так вот, как уже сказал, лошадей продали очень дорого, а все остальное, взятое у татар, зависло. При этом все это зависшее стоит очень немалых денег, потому что откровенного хлама в переметных сумках именно этих татар не было в принципе. Я бы сказал, наоборот, эти деятели подошли к грабежу со всем старанием, и в сумках мы обнаружили, главным образом, различные изделия из серебра (монет было совсем мало) и огромное количество добрых мехов, в основном соболя, горностая и песца. Это, правда, только в тех сумках, которые были из общей добычи. В моих, которые я взял в шатре (они достались мне целиком), помимо всего перечисленного ассортимента, я обнаружил плюсом ещё несколько очень богато украшенных кинжалов и увесистый мешочек с золотыми побрякушками, всякими перстнями, подвесками и прочей лабудой.
Купец, рассматривая все это добро, сразу обозначил, что изделия из золота с серебром в московское княжество не повезёт, ибо это чревато неприятностями, если что-либо из этих изделий кто-нибудь узнает. А вот меха выкупит все сразу и за хорошую цену.
Я успел даже слегка расстроиться, что не получится решить проблему сразу скопом, но ненадолго, потому что он тут же добавил, что следующим летом можно все это будет отправить к османам, и продать там.
— Ты что, с османами торгуешь? — Тут же оживился я.
— Да, раньше сам ходил к ним. Теперь приказчика отправляю. Выгодная торговля, но и опасная. А мне уже рисковать самому не к чему.
— Слушай, а заказ можно тебе сделать на некоторые изделия от османов?
— Можно, почему нельзя? А что нужно, может быть, это у меня уже есть?
Я тут же достал свою янычарку и пистолеты.
— Вот такие ружья и самопалы нужны. Штук двадцать янычарок, желательно нарезных, как моя, и с полсотни пистолей.
Купец задумчиво пожевал губами и ответил:
— Такого товара у меня в наличии нет, но доставить можно, если в цене сойдёмся. Только я бы рекомендовал ружья брать попроще, не так разукрашенные. А пистоли и вовсе заказать из немецких княжеств. У них они и качеством получше, и гораздо дешевле.
Чуть ли не до конца дня длились наши переговоры, и они из меня всю душу вытянули. Купец явно наслаждался происходящим, я же, собрав волю в кулак, просто терпел это все безобразие и отчаянно торговался.
Итогом этого всего стало то, что я продал купцу все меха, договорился о бартере имеющегося золота и части серебра на огнестрельное оружие и тут же потратил свою долю от вырученного на ещё один заказ.
Оказывается, есть возможность у этого хитрована добыть через ливонских купцов селитру, притом чуть не в любом потребном количестве.