— Старший легионер Баркус с тобой не согласен, — прорычал Дан. — Жив ты или мёртв — не имеет разницы. Я принял на себя долг и не собираюсь от него отказываться.
— Какой нахрен долг⁈ — выкрикнул Танис. — Ты Дан из Драума, а не какой-то там Баркус!
— Я… — запнулся Дан. — Ты прав, я не Баркус. Но я отдал свою жизнь Романо. Уходи, Танис. Вот уж кому не стоит здесь умирать. Мы их задержим, а ты убегай.
— Сволочи… — процедил Танис. — Какие же вы сволочи. Хрен с вами, я тут подыхать точно не намерен. Делай что хочешь, а я валю.
— Гряк не понял, вождь нас обманул что ли? — произнёс гоблин, почёсывая лоб. — Он сражаться ушёл?
— Гряк умён, — похлопал по его голове Дан. — Ты со мной?
Каждый гоблин знает историю о том, как вождь Вождей Романо обманул Великого вождя Снорки. Отослал остатки Первого иностранного домой, сказав, что война закончилась, а сам после этого пошёл в свой последний бой.
— Гряк не Снорки, Гряка не обманешь, — произнёс гоблин, задрав подбородок. — Пойдём быстрее, а то вождь убежит.
— Так и сгинут Романо из-за глупости своего потомка, — ворчал Горано, идущий рядом со мной.
— Не бухти, — усмехнулся я. — Сегодня мы не имеем права умирать.
— Да кто ж вас спрашивать будет? — проворчал он. — Вы идёте туда, где выжить нереально.
— И что? — посмотрел я на него. — Не в первый раз.
— Конкретно вы, ваше высочество, в первый, — поморщился Горано.
— Это не имеет значения, — произнёс я весело. — Воплощать в жизнь нереальные вещи у меня в крови.
— Вы слишком самоуверенны, — покачал он головой. — И веселы для такой ситуации.
Отвечать я не стал. Он прав, настроение у меня было приподнятое. И я не мог с этим ничего поделать. Даже глядя на то, что творится на улицах города, моё настроение всё никак не падало вниз. Сумасшествие, если подумать. Мы идём на верную смерть, но именно этот факт и повышал моё настроение. Больше никаких мытарств, никаких тоскливых мыслей, никакого стыда. Больше никаких сомнений. Я иду выполнять свой долг, то, что и должен делать. И умирать я сегодня не собираюсь. Реальность, конечно, штука суровая, но у нас нет права подыхать. Наша смерть автоматом ведёт за собой падение города, чего допустить нельзя. А значит будем крутиться, вертеться, бегать, прыгать, суетиться изо всех сил, но выживать.
Позади нас услышал топот и, обернувшись, увидел бегущих к нам Дана и Гряка.
— Да вы отморозки, как я погляжу, — улыбнулся я им.
— Не более, чем некий принц, — проворчал Горано.
Прогонять он их точно не будет, ведь это дополнительный шанс на выживание его господина. Я же тупо не имею права их прогонять. Сам такой. Я пытался оградить их от предстоящей резни, так что моя совесть чиста. И раз уж они не воспользовались шансом, это их выбор.