Когда курсанты расселись по местам, в аудиторию вошёл невысокий сухонький старичок в огромных очках и с бородкой клинышком.
Не спеша заняв своё место у трибуны, он включил компьютер, проектор для презентаций и небольшой микрофон. Завершив настройку, профессор окинул наш угол неприязненным взглядом, а затем, не представившись и не сделав перекличку, сильным голосом произнёс:
— Мой предмет называется «Теория разломов». Учёные до сих пор спорят о том…
— Судя по всему, ему вообще плевать, придёт кто-то на занятие или нет, — услышал я тихий шёпот Рибутова, который, кстати, тоже оказался в моём потоке. — Даже не сделал попытки пересчитать людей.
— Так и есть, — сказал я, списывая должность, фамилию, имя и отчество пожилого профессора с титульного листа презентации. — Он пришёл давать нам жизненно необходимые знания и совсем не собирается тянуть в светлое будущее дураков и лентяев. По его мнению, если они сдохнут в разломе по своей глупости, то туда им и дорога.
— Кажется, ты его осуждаешь? — проницательно заметил Александр.
— Конечно, — кивнул я, коротко записывая содержание лекции. — Это плохая позиция. Ученики в своём большинстве и так лентяи. Так уж мы устроены. Поэтому, если курсантам позволить расслабиться, то толку от обучения почти не будет, а мы тут вообще-то не булочками торгуем. У имперского корпуса серьёзный недобор егерей. Терять даже плохоньких магов, желающих убивать монстров, из-за слабого преподавательского состава — это какой-то саботаж.
— От твоих слов мурашки по коже, — признался Александр и, открыв собственную тетрадь, стал повторять за мной. — Тебе бы в мотиваторы записаться. Лихо объяснишь, почему отсутствие утренней зарядки ведёт к скоропостижной смерти на пешеходном переходе.
Хмыкнув, я продолжил записывать слова преподавателя и одновременно анализировать услышанное. Как новый человек в этом мире, я сразу заинтересовался феноменом разломов и искал информацию по их возникновению как в интернете, так и в библиотеке. Даже зачёт сдал. Поэтому лекция структурировала имеющиеся у меня знания и заполняла некоторые пробелы.
Спустя несколько минут работы профессор увлёкся и с всё большим жаром рассказывал про свой предмет, необходимость изучения разломов и их особенностей, кратко перечислял особые признаки пятен.
Сразу же после окончания первой пары в этой же аудитории шла вторая, по прикладной бестиариологии. Это занятие вёл сухопарый пятидесятилетний егерь пятого класса, который кратко пояснил цели своего предмета и пригрозил всем обязательным зачётом в конце квартала. Наличие личного состава он, кстати, тоже проверять не стал, однако доводил информацию по монстрам седьмого класса весьма требовательным тоном и не позволял никому расслабляться.