Тарлах между тем начал колдовать, положив ладонь на ярко засветившийся изумруд. Бормотал слова заклятия, рисовал пальцем руны, заполыхавшие зеленым в воздухе.
Воздух вдруг потяжелел, налился электричеством, а я словно нырнул в ледяное озеро. Вновь ощутил как горят заледеневшие ладони. Нарисованные магом в воздухе слова заклятия вдруг начали взрываться в воздухе одно за другим. Старик в изумлении смотрел, словно происходило что-то из ряда вон выходящее. Вспыхнул и угас изумруд.
А я, поняв, что случилось, повернул руку ладонью вверх и на ней вдруг заполыхал огненный шар.
— Как это возможно? — выдавил из себя Тарлах.
Маг попятился, но встретившись со мной взглядом, застыл.
— Знаете, мне начала нравится эта чудесная комната и даже появилось желание тут поселиться, — произнес я задумчиво. — Особенно если вы принесете сюда еще парочку мощных артефактов.
— Кто вас обучал магии? — спросил побледневший маг.
— Я был на домашнем обучении. Не лучший вариант. Но все что мне давали, я выучил. В теории.
— Это никоим образом не объясняет, почему мой артефакт разрядился и его энергия перешла к вам, — сказал Тарлах.
— Боюсь, что я вам тоже не объясню. Поскольку сам этого не понимаю.
Я перевел взгляд на огненный шар, что все еще полыхал в руке. Прочел заклятие. Точно такой же шар возник около стола, стоявшего в стороне, разросся, сжигая массивное дерево без остатка так, что даже малейших хлопьев пепла не осталось. Тарлах дернулся.
— Простите, не удержался, — я вновь посмотрел на старого мага. — Давайте договоримся. Я вас убивать не буду. Вы поклянетесь своей жизнью, что выпустите меня отсюда и не будете преследовать. Вы и любой маг из вашей Гильдии. Я просто хочу вернуться домой.
Я загасил пламя на своей руке, почувствовал как вокруг теплеет воздух. Тарлах смотрел на меня глубоко потрясенный. Наверное, исходя из своего прошлого опыта, он думал, что я испепелю его на месте и уже попрощался с жизнью. И без того бледное его старческое лицо сделалось совсем бело-восковым.
— Хорошо. Я клянусь, — выдавил он из себя.
— Вот и замечательно. И вас не затруднит одолжить машину с шофером, чтобы меня отвезли в дом к дяде?
— Не затруднит. Пойдемте.
Тяжело опираясь на трость, он дошел до дверей с таким выражением лица, будто был смертельно ранен. Потом открыл створки и внезапно с ловкостью, которую нельзя было ожидать от старика, выскочил вон. Я прыгнул к дверям слишком поздно — створки сомкнулись перед моим носом. Я со злости ударил в них ладонью.
— Прокляну вашу Гильдию так, что вы тысячу раз пожалеете, что нарушили слово! — выкрикнул я.