Ага, знаю, даже вижу, выскакивая из кабака с лысым человеком подмышкой, для того чтобы увидеть желто-зеленую змееженщину, обвившуюся вокруг какого-то столба и содрогающуюся в тщетных попытках исторгнуть из себя еще что-нибудь. Правда, это меня интересует гораздо меньше, чем зависший над городом пиратский флагман, выпустивший из брюха тросовый крюковой подъёмник и ворующий мой джип!
— Эй, вы же мне его подарили! — возмутился я, подбегая к уже взлетевшей в воздух машине.
— Криндж! — из грузового люка корабля высунулась башка какого-то полузнакомого ашура, — Цепляйся, чтоль! Чё ради тебя лебедку мотать!
Почему я присоединился к этим ребятам? Незамысловатые они, простые. Целая груда двухметровых красавцев и красавиц, не особо умных и эрудированных, зато очень даже душевных. Вот, например, рожу сверху вообще не парит то, что из-за схватившей удирающую машину моей туши, тачку перекорежило в креплениях! Гравитация, физика, здравый смысл — это для пиратов лишь страшные слова, за которые и в глаз дать можно. Зато такими же являются и «предательство», «личные интересы», «непреодолимые обстоятельства» и прочая гниль, порожденная цивилизацией.
Хотя по башке ашур всё равно получает, но, когда я, Фредди и перекошенный джип уже оказываются внутри Барнабаса. Бьет его здоровенная шрамированная женщина в толстой металлической броне, приговаривающая, что умничать — это плохо, а Криндж ей нужен целый и невредимый.
— Артемида! — позвал тетку я в перерывах между подзатыльниками, каждый из которых мог бы убить человека, — Чё за дела?
— Криндж, — уверенно опознала меня лидер всей этой пиратской братвы, отпуская провинившегося подчиненного, — Положи куда-нибудь Фредди и идём. Я кое-что интересное узнала.
— А чего-нибудь нормального нальешь? — спросил я, банально умащивая лысого на сиденье своего же джипа, — В этой дыре все пойло разбавленное…
Мой организм пронять слабой выпивкой просто невозможно. Если уж на коже девятимиллиметровые пули оставляют лишь ссадины, то, чтобы слегка бухнуть, надо жрать литрами, причем шестидесятиградусный спирт. Такой на флагмане точно был.
— Налью, идём. Только держись крепче, — посоветовала мадам, гулко бухающая металлическими ботинками по полу, — Сейчас рванем.
Через десять минут, после некоторой борьбы с перегрузкой, возникшей от того, что Барнабас куда-то «рванул», я сидел в кресле небольшой кают-компании, заливая в себя нечто, напоминающее по вкусу ракетное топливо, в котором кто-то растворил ложечку коньяка, а большая страшная пиратка, сидя уже в своем кресле, с умным видом тыкала указкой в некие схемы, развешенные на стене перед моей рожей.