«С такой напарницей не жалко и умереть вместе» — с улыбкой подумал я, а меч в руке дрогнул. Не от страха, а от понимания и лёгкого сожаления, что она испугалась ранее.
Больше тварь ждать не стала, вновь исчезнув из поля зрения. Но теперь стало хотя бы понятно, откуда такая скорость.
Тени. Он повелевал тенями. Редкий дар, им владел всего один род в Российской Империи, насколько я знал из истории. Но тот уже давно уничтожен.
В растянутом восприятии я хорошо увидел, как он протянул руку к моему лицу. Как изменились его глаза, став абсолютно чёрными, с расплывшимся жёлтым зрачком, омерзительным на вид. Да и ауру свою он больше не скрывал, распространяя вокруг себя эманации Хаоса. Но теперь хотя бы стало понятно — это не просто тварь, а Хаосит. Человек, предавший всё и всех, отдавший свою душу и тело Хаосу.
Я не успевал. Меч в руке только-только поднимался, а пальцы Хаосита частично коснулись маски на лице, отчего от Алой Розы пришли волны боли и ментальный крик. Смерть уже не просто дышала в затылок, а обняла меня своими костлявыми, холодными руками.
Неожиданно сверкнула синяя вспышка. В небесах раздался оглушительный треск молний, а вместе с ним мощнейший удар грома. Хаосит резко отступил, впервые показав эмоции, а именно — гнев и раздражение.
Я стоял в барьере молний, накрывшем меня небольшим куполом. Синие разряды оплавляли асфальт вокруг и трещали от вложенной мощи аркана, как минимум девятой ступени. Такой барьер с наскока не взять и Хаосит понял это, как и увидел спешащих к нам людей. Ему экстренно пришлось отступать, потому что появился Арсенал и практически достал его своими ножами. Но Хаосит оказался быстрее, он исчез в тенях и даже не подумал вступать в битву, предпочитая бегство.
— Это ещё не конец, мальчик, — услышал шелест его голоса в тенях. — Хаосу нужна твоя жизнь и он заберет её…
Ублюдок исчез, а вокруг творилась настоящая вакханалия. Дежурная группа во главе с высоким, худым командиром бросилась в погоню, как и Арсенал, который лишь мазнул по мне взглядом, увидел, что ещё жив и убежал. Людей становилось всё больше, но никто не спешил приближаться к барьеру, показались перепуганные ребята, мелькнули лица Кутузова и Айрис. Даже Корнеев вылез, вон, внимательно смотрит и кому-то звонит.
Всё это я отслеживал мимоходом, борясь уже не только за свою жизнь внутри барьера, но и за жизнь Алой Розы. Она не переставала качать в меня энергию, отчего сильно слабела, а касание Хаосита нанесло ей болезненную рану. Я пытался достучаться до неё, чтобы она прекратила, но та не слушала, словно между нами выросла глухая стена.