А вот их Шадриан не спешил снимать.
— Разденься, — приказала я. — Полностью.
Мой взгляд невольно опустился к той части его тела, которая интересовала меня особенно.
Соврала Дзирра или нет? Насколько там все плохо?
Мне показалось, что мои слова заставили Шадриана напрячься. Стоило поднять взгляд, и я поняла, что не ошиблась. Его улыбка, еще недавно призывная и обольстительная, стала натянутой и едва заметно искривилась.
Шадриан медлил.
— Ну-у-у, — поторопила я его.
Длинные пальцы с черными когтями скользнули вдоль пояса штанов, слегка поддев завязки. Я качнулась вперед, с предвкушением облизав губы.
Сейчас. Сейчас я все узнаю.
Но, вместо того чтобы раздеться, мой любовник подошел к лампе из магических кристаллов и накрыл ее колпаком. Спальня погрузилась в мягкий полумрак.
— Что ты делаешь? — спросила я, когда он двинулся ко второму, последнему светильнику.
В полной темноте я ничего толком не разгляжу!
Однако по взгляду Шадриана было ясно: именно этого он и добивается.
Нет, приятель, так дело не пойдет!
— Оставь свет. Не трогай.
Шадриан неохотно убрал руку от банки с мерцающими камнями, нахмурив брови с явной досадой.
Неужели ему и правда есть чего стыдиться?
Я ощутила, как мое тело медленно напрягается. Любопытство и тягучая нега уступили место нарастающему беспокойству.
А вдруг я тоже буду разочарована? Я, конечно, не такая привередливая, как Дзирра, но все же… Что, если там у него ужас и кошмар?
— Шадриан, сними штаны, — произнесла я с нажимом.
— Не будем торопиться, — улыбнулся мой любовник, но в этой улыбке, как и в его взгляде, сквозило напряжение. — Давайте сначала разденем вас. Это платье выглядит жутко неудобным.
С этой кривой, неестественной улыбкой он помог мне сесть на постели и потянулся к шнуровке корсажа. Я почувствовала рывок — Шадриан неуклюже возился с завязками на моей спине, дергая их слишком резко. Похоже, с таким сложным нарядом он имел дело впервые.
Улучив момент, я погладила его между ног. Шадриан тут же отстранился. Потянувшись за ним, я встала коленями на матрас. Мои ладони прошлись по крепкому мужскому торсу.
Пока я ласкала его голую грудь, Шадриан не возражал, но стоило моим пальцам скользнуть ниже — по дрогнувшему животу к поясу штанов — как он мягко отвел мои руки в сторону.
— Морвелла, не торопитесь. Куда нам спешить?
Его голос звучал фальшиво. Улыбка дрожала на губах, словно натянутая до предела струна.
Он вернулся к непослушной шнуровке, кое-как справился с ней и спустил верх моего платья до талии. Навстречу ему качнулась обнаженная грудь, так и просясь в ладони.