Алёна кивнула — то ли поблагодарила Варвару Юрьевну, то ли согласилась с её словами.
Она посмотрела на меня и спросила:
— Сергей, ты возьмёшь меня с собой?
— За границу? — уточнил я.
Алёна кивнула.
— Да, — ответила она. — Во Францию. Или… куда ты поедешь? Мне всё равно. Поеду с тобой. Если есть такая возможность.
Лебедева пристально посмотрела мне в глаза.
Я заметил довольную ухмылку на лице Варвары Юрьевны.
Сан Саныч повернул в мою сторону лицо — он будто бы тоже с нетерпением ждал мой ответ.
— А как же вот это? — спросил я.
Показал на лежавшие около моей чашки носовые платки.
Алёна дёрнула плечами и ответила:
— Не знаю, Серёжа, — сказала она. — Пока не поняла, как я к этому отношусь. Слишком всё это… необычно и неожиданно. Подумаю. Зато я знаю, как отношусь к тебе. На мой вопрос эти платки не повлияют.
Лебедева тряхнула головой.
— Сергей, я хочу быть с тобой, — заявила она.
— Бросишь театр и кино? Родителей? Предашь Родину?
Лебедева не отвела взгляд.
Мы по-прежнему смотрели друг другу в глаза.
— Хочу быть с тобой, Серёжа, — повторила Алёна. — Где угодно. Даже за границей.
Варвара Юрьевна хитро сощурилась.
Сан Саныч вздохнул, посмотрел в чашку с чаем.
— Подумай, Алёна, — сказал я. — Время на это ещё есть. У тебя будет почти месяц на обдумывание.
— Это значит… да? — спросила Лебедева. — Серёжа, я поеду с тобой? Мы отправимся во Францию вместе?
Я кивнул и уточнил:
— Поедешь, Алёна. Если к тому времени не передумаешь.
На кухне в квартире прадеда мы просидели почти пять часов. Разговаривали. Варвара Юрьевна накормила нас обедом. Я выборочно ответил на Алёнины вопросы. Описал Лебедевой свою работу с чужой «жизненной» энергией, но о способе выезда за границу умолчал. Поведал Лебедевой о поездке в Лидинский лес. Выслушал Алёнины рассказы об её нынешней театральной жизни. Изредка я наведывался в спальню, посматривал на спящего прадеда — никакой изменений в его облике пока не заметил.
Ближе к вечеру Сан Саныч поехал за вещами Варвары Юрьевны: бабушка Варя заявила, что не пойдёт завтра на работу — ближайшие сутки она проведёт здесь, рядом со своим отцом и со мной. Александров уехал не один — он повез домой Лебедеву. Мы с Алёной условились, что до самого отъезда не встретимся. Договорились: увидимся лишь в день отъезда, на железнодорожном вокзале. Если Алёна к тому времени не изменит своё решение, или если не возникнут форс-мажорные обстоятельства.
— Считаешь, передумает? — спросила у меня Варвара Юрьевна, едва только за Сан Санычем и Лебедевой закрылась дверь.
— Кто? — сказал я. — Алёна?