— Наверное. Не знаю. Не люблю быть должен.
— Никто не любит. Я тоже. Наверное, поэтому не люблю и тебя.
— Нет, просто ты меркантильная бессердечная самовлюблённая сучка.
— А, ну да, точно. Как отсюда выбраться? В смысле, из Башни?
— Я провожу, а то заблудишься, она огромная. На Средку?
— Ага. Там, говоришь, всё уже не так сыто?
— Да, пообтрепалась малёх.
— Но бардаки-то остались? Те, что для баб, с киберчленами?
— Гораздо меньше, но ещё есть.
— Ну, мне и одного хватит. Без обид, но в прошлый раз мне понравилось. Никакого сравнения. Сюда, в лифт?
— Да. Ну что ты. Я понимаю.
— Не, не понимаешь. Но тебе и не надо. Передай этой, как её… ну, которая подарок придумала?
— Козя.
— Вот, ей моё спасибо передай. Но, знаешь, что я тебе напоследок скажу, как бессердечная сучка?
— Что?
— Так жестоко отомстить могла только реально влюблённая в тебя девка. Показать, как это выглядит с другой стороны. О, вот и Средка! Киберчлены, я иду! Пока, Тиган, может, ещё увидимся. Или нет.
— Пока, Таришка. Удачно поебстись.
— Тиган?
— Да, Козябозя.
— Можно зайти?
— О, ты спрашиваешь? В Пустоши что-то сдохло, не иначе.
— Ну, вдруг ты не один…
— Брось, Козя, ты, разумеется, знаешь, что она ушла. Все знают, не сомневаюсь. Ставки делали?
— Нет, не нашлось желающих ставить на то, что останется. Только Лендик был за вариант «не дерендит, арендует павильон на Средке, откроет бордель на одно койко-место», но на словах, без токов.
— Знаешь, это было больно.
— Знаю. Но это как нарыв вскрыть, иногда надо. Тебе стало легче?
— Сложно сказать. Наверное, в каком-то смысле да. Определённость появилась.
— А ты её сразу дерендил? Или…
— Козя, а это тебя как-то касается? Тебя вообще кто-то просил лезть в мою жизнь?
— Нет, прости. Я, наверное, неправильно поступила. Да, точно, неправильно. Не удержалась. Но смотреть, как ты каждый день таскаешься на ту лавочку… Мне просто обидно за тебя стало, пойми! Ты… Тебе нужен кто-то получше, чем она! Кто-то, кто будет тебя любить!
— А сам я никак не могу решить, как мне лучше?
— Прости. Извини. Я не права. Мне стыдно.
— Врёшь.
— Точняк, вру, не стыдно вообще ничуть. И снова бы так поступила! — сердито сказала Козя. — Даже если ты на меня обидишься. Даже если скажешь, что я тебе больше не дро. Не могла смотреть, как эта паразитка даже в ренде из тебя жизнь пьёт! Уже лучше ты с Шоней…
— Козя!
— Извини. Это тоже совершенно не моё дело. Вообще. Совсем. Клянусь, я никогда больше не буду лезть в твою личную жизнь! Честное техновское! Ты меня простишь, Тиган? Мы всё ещё дро?
— Мы дро, — ответил я, подумав, — но я тебе не прощу, а отомщу.