В груди вдруг защемило — не оттого, что я осознал смысл слов Геры про клона — понятно теперь как функционирует вместе со «мной» управленческая модель Капитолийской триады, а потому что представил как здесь Алиса без меня все эти годы жила.
— Георгий, — между тем мило улыбнулась берегиня и поинтересовалась ангельским голосом: — Скажи, кто тебе разрешил разговаривать со мной в таком тоне?
— Лада, будь любезна объясниться! Мало того, что ты взяла клона, так ты взяла самого Юпитера, это ж додуматься надо! — так странно выглядящий повзрослевшим Георгий показал пальцем вверх. — Ты знаешь, что это запрещено, и я буду вынужден доложить об этом…
— Георгий, послушай меня, пожалуйста, — сказала Лада вдруг довольно жестким голосом, прерывая моего бывшего товарища по команде. — Если ты кому-нибудь об этом скажешь, я расскажу Даниле как ты ко мне грязно подкатывал, после чего ты будешь ползать в луже своей рвоты, дерьма и крови, собирая выбитые зубы сломанными пальцами. Понял? — на последних словах девушка как будто увеличилась в размерах, а голос ее словно громом прозвучал.
Несмотря на то, что Лада попросила меня изображать тупого болвана, сейчас я с трудом удержался после ее преображения. Гера такой выдержкой похвастаться не мог — его лицо заметно вытянулось, он аж отшатнулся — такой отповеди от столь милой девушки явно не ожидал. Да и никто, наверное, не ожидал бы.
— Что смотрим? — еще более жестко спросила его Лада. — Кругом шагом марш и скрылся отсюда, иначе горько пожалеешь, что вообще посмел на меня голос повысить!
Георгий, еще раз дернувшись как от удара, развернулся кругом и действительно торопливо ушел.
— Гандон, — негромко произнесла ему вслед Лада, а после обернулась ко мне. — Прости, нам нужно будет тебе многое объяснить, — снова передо мной милая и приятная берегиня с ясным взором и ангельским голосом.
— Понимаю…
Вновь виновато улыбнувшись и пожав плечами, Лада жестом позвала меня за собой. Во дворец и в спальный корпус не заходили — обошли по парковой дорожке. Вышли к большой, метров тридцать в диаметре, прозрачной и уходящей далеко вверх трубе, внутри которой располагалось сразу несколько лифтовых шахт.
— Велосипед здесь оставь, заберут, — попросила Лада, заставив дверь открыться легким жестом.
Мы сели в один из лифтов, который она отправила наверх, положив руку на мигнувшую панель. Продолжая на всякий случай играть роль бессловесного болвана — не зря мне Саргон мундир черно-золотой дал, в броне меня точно бы узнали как оригинала, я смотрел как удаляется земля, как меняется обзорная панорама. Внизу уже широко расстилались зеленые просторы дворцовых предместий Санкт-Петербурга, а вот вдали виднеется плотная застройка небоскребов, среди которых снуют вереницы летающих машин, похожих отсюда на маленькие точки.