И драка моментально закончилась.
— Уходим, — решил коренастый. — Ты, партийная, за лопату ответишь в милиции. И тебя, лохматый, еще встретим. Поля у нас большие, за парторга не спрячешься.
Телеги заскрипели и неторопливо исчезли в наступающей осенней темноте. Испанка осторожно коснулась опухшей губы и задумчиво посмотрела телегам вслед.
— И как вы думаете, зачем этим уродам штакетина в телеге? — спросила она. — Ее ведь для вас припасли. Если вдруг кулаков не хватило бы. Это, Гриша, к слову об избыточности всеобщего образования.
— Не все деревенские такие, — хмуро сказал Дато и осторожно потрогал посиневшую скулу. — Блин, свинчаткой ударили, что ли…
— Не все, но большинство, — серьезно сказала Испанка. — Пока романтики революции отдавали жизни ради светлого будущего, пока вы учитесь в институтах, вот эти вот размножились… и теперь держат власть в деревнях и на рабочих окраинах. Со своей уголовной идеологией, с замашками животных. Первые парни на деревне, короли на районе. Для них мы надрывались, строили социализм? Вот что самое страшное, не техническая отсталость. Пришли десять уродов склонять девчонок к проституции, и что им за это будет? Да ничего. Мелкое хулиганство, максимум условный срок. А таким ведь не место в социализме. И их не перевоспитать, они сами кого хочешь перевоспитают. По справедливости таких надо к высшей мере социальной защиты приговаривать — сразу и без раздумий. Так, как мы делали на заре советской власти.
Серго покосился на преподавательницу и испугался жестокого выражения ее лица.
— Кулаки покажи! — вдруг потребовала она.
Осмотрела опухшие костяшки и озабоченно покачала головой.
— Ближайшую неделю из тебя боец никакой, — заключила она хмуро. — Сколько ни учи боксеров, так и норовите себе кулаки разбить! Открытой ладонью надо бить, запомни! Ладно, боец, что случилось, то случилось. Найди наших санитарок, пусть Костю посмотрят, у них отрядная аптечка должна быть. А я пойду к себе, что-то мне хреново…
И преподавательница действительно ушла в домик. И даже дверь за собой заперла, Серго четко услышал звяканье крючка. Так что все охи и ахи студенток пришлось успокаивать именно ему.
А утром примчался на лошади сам директор колхоза.
— Вы что творите⁈ — завопил он. — Я так просто это не оставлю! Сядете в тюрьму, все сядете!
Из его криков выяснилась жутковатая правда. Кто-то в темноте перехватил парней на телегах. И переломал им руки и ноги. Все, ни одной не пропустил. Ну и головы разбил, естественно. С голов, скорее всего, и начал.
— В прокуратуру пожалуюсь! — грозился директор с коня. — У нас советская власть, не бандитский притон! Лучшие рабочие колхоза инвалидами на всю жизнь останутся! Ответите!