Наше общение шло Моргримам во вред. А свою семью я, несмотря ни на что, люблю и ценю. Я хотел бы, чтобы они процветали, а значит, должен был уйти. И иным образом, кроме «смерти» (думаю им так и сказали, если вообще хоть что-то сказали), сделать это было затруднительно.
В любом случае, они ничего не потеряли, вот сколько жизни мне осталось? Даже предположим, что нахождение в таинственном «домене Хореса» обнулило мой возраст, снова сделав шестнадцатилетним, то два года — это два года. Сдохну, не успев и глазом моргнуть. А значит, родичам будет лучше, если я просто исчезну. «Погибну» в качестве представителя штрафной роты.
Может они погорюют, но зато сохранят своё положение и репутацию. Это пойдёт лишь на пользу…
Мускулы на руках и плечах налились свинцом, задрожали. Ночной бриз усилился, запахло солью моря Гурен, дым понесло вглубь материка. В городе пылало довольно много пожаров, чтобы разогнать тьму.
— Изен, глянь что это! — раздался громкий голос Сэдрина.
Я поднял глаза на солдата, затем проследил за его взглядом. На юго-востоке маячила громадина за?мка, всего в нескольких кварталах от них. Вся цитадель была охвачена слабым свечением.
— Что это за херня? — Ская подошла ближе, обхватив себя руками.
Чародейство какое-то.
— Я бы сказал, это ритуальная магия, — задумался я. — Какой-то эффект рун или колдовского обряда. Есть микроскопический шанс, что работа богов, но… — пожал плечами, вызывая у остальных синхронный вздох. Слишком уж редко они проявляли себя, хотя история и знает подобные случаи. — Наверное, какая-то защита. Видит небо, нам бы такая тоже не помешала.
— Сильно нас измордовали, господин, — подтянулся ещё один боец, чья окровавленная рука висела бесполезным и изломанным куском плоти. Он кое-как подвязал её, но было понятно, что если в ближайшие несколько часов с ним не поработает целитель, то мужик, скорее всего, попросту помрёт. — Я уже мало на что сгожусь, а остальные… — взглянув на дюжину измотанных, окровавленных фирнаданцев, которые сидели на корточках, стояли на коленях или опирались о стены ближайшего дома, он покачал головой. — С ними тоже всё.
И у меня сил особых уже нет. Надо отдохнуть и в должной мере «остыть».
С юго-запада начали приближаться звуки боя, но обдумать положение мне не дало поскрипывание доспехов с крыши соседнего склада, с наполовину выбитой дверью (не успели ограбить). Быстро подскочив и обернувшись, я заметил десяток солдат второй армии.
Свои, — облегчённо подумал я. Слишком устал, чтобы начинать ещё один бой.
Один из новоприбывших присвистнул, оглядывая поле боя, а также искорёженного инсурия.