— Наверное мне сразу стоило сказать, как я примерно вижу это. — отвечает ему тот. — Никакой критики правительства от Агдан быть не должно. Для этого есть оппозиционные партии, это их обязанность и работа. От Агдан я ожидаю участие в проводимых партией мероприятиях. Вроде таких как оказание помощи малоимущим, сбор пожертвований, митинги к памятным датам, благотворительные концерты. Там, где бы она могла появиться и сказать несколько слов благодарности в адрес организатора. В общем-то это всё, что мне видится в её политической деятельности.
СанХён задумывается над услышанным.
— Если так, то другими словами, вы хотите закрепить за собой право использования Агдан в своей политической деятельности. — подумав, говорит он. — Исключительное право. Чтобы другие партии не могли это сделать.
— Ну, скорее, всего, что-то вроде этого. — подумав, кивает, соглашается с ним ВинЧон.
— Тогда я не понимаю ваших требований по имиджу. — признаётся СанХён. — Зачем именно протест? Агдан достаточно быть просто популярной, и вы получите то, чего хотите.
— Возможно, вы правы. — не спорит с ним ВинЧон. — Но просто популярных исполнителей много. И не выражая протест, они не имеют такую аудиторию у подростков, какую имеет та же госпожа Амуро. Статистическо-аналитические исследования показывают, что протест сейчас в моде, он востребован у молодого поколения и он даёт наибольшую отдачу. Поэтому, я и говорю об изменении имиджа. Простите, возможно мои слова звучат дилетантски, я плохо разбираюсь в вашей индустрии, господин СанХён, но, бунтарь в костюме кролика, выглядит для подростков как-то… не доверительно, я бы так это сформулировал. Хорошо смотрятся электрогитара, кожаные куртки и те же высокие сапоги, которые рекламирует госпожа Амуро. Ну и песни, конечно, соответствующие. Точнее, слова в них. Нужны такие, чтобы призывали куда-то идти, что-то добиваться, бороться. Если коротко — романтика протеста. Скорее всего я выразился достаточно сумбурно, но, надеюсь, вы поняли, что я хотел сказать, господин СанХён.
СанХён кивает в ответ с задумчивым видом.
— Политика, это рискованное занятие. — помолчав, произносит он. — Можно потерять голову даже не успев понять, почему.
СанХён смотрит в глаза собеседнику.
— Шоу-бизнес, рискованное занятие. — отвечает ему тот, не отводя взгляд. — Можно потерять всё, так и не поняв почему. Мы оба с вами, господин СанХён, занимаемся рискованным бизнесом. Но тем не менее, занимаемся им каждый день, хотя и знаем, что это рискованно.
— Но я знаю, ради чего это делаю. — сообщает СанХён.