— Ты ничего не получила за «Joe le taxi » . — объясняет ЮСон. — И этим обижена. Скажешь, не так?
Задав вопрос, ЮСон впивается взглядом в моё лицо. Я в ответ молча пожимаю плечами.
— Это был просто подарок. — отвечаю я.
— Подарки получает тот, кому есть чем отдаривать. — произносит ЮСон явно чью-то мудрость и добавляет. — Здесь ты всё сделала правильно. АйЮ есть чем отдариться.
Он что, думает, что у меня был скрытый умысел? Ну, если он даже и был, можно об этом вслух не говорить.
— Например? — спрашиваю я.
— Например, публичная благодарность и восхваление твоего таланта композитора и песенника. Устроит?
Хм… Звучит завлекательно, но прозвучавшее «устроит?», настораживает…
— И что для этого нужно сделать? — интересуюсь я и перечисляю видимые мной возможные варианты. — Продать душу? Сдать всю свою кровь во славу «Халлю»? Публично провести акт самосожжения?
ЮСон окидывает меня сверху донизу оценивающим взглядом.
— Всего лишь быть вежливой и не устроить скандал. — просто говорит он.
— Да с чего вы решили, что я собралась устроить скандал? — опять удивляясь, повторяю я.
— Чёрт его знает, что у тебя в голове творится. — смотря мне куда-то в район лба, похоже, честно признаётся в своём мнении обо мне директор. — Лучше предварительно обговорить, чем ожидать, как у тебя в ней замкнёт…
М-да? Вот оно, значит, как? Ладно, буду теперь знать, что обо мне думают…
— Чего замолкла? — спрашивает у меня ЮСон.
— Думаю. — отвечаю я. — Зачем мне напрягаться? Мне и так хорошо. Без АйЮ и без вежливости.
— Я так и думал, что ты начнёшь делать глупости! — возмущённо восклицает ЮСон. — Я ради чего уже пять минут распинаюсь? Чтобы ты всё пропустила мимо ушей и сделала по-своему? А?
— А по-вашему я должна распахнуть объятья и с криком — «я ваша навеки!» мчаться обниматься с АйЮ, потому, что она с моей песней не вылезает с первого места французского чарта? Так, что ли?
С вопросом смотрю на директора.
— Пусть она ко мне мчится, если хочет со мной работать. — говорю ему я и предупреждаю. — Расценки будут безбожные.
— Какие расценки? — с очень недовольной физиономией спрашивает ЮСон.
— Мои проценты. За работу со знаменитостью. — говорю я и на всякий случай уточняю, чтобы все поняли, как надо. — Со мной.
— Так это она — знаменитость! Какие могут быть высокие проценты тебе⁈
— Ну вот пусть тогда знаменитость сама и пишет себе песни, раз она такая знаменитая. — отвечаю я. — Аттракцион невиданной щедрости закрывается. Всё будет как у нормальных людей — скучно, серо и уныло практично.