Онни поворачивается от телека и смотрит на меня круглыми глазами.
— Они чё там, совсем офигели, что ли? — спрашивает она у меня. — Тебя же только, что в армию призвали?
Ну вот, осознала, а то до этого — «иди в армию, иди в армию!». А в армии, между прочим, убивают!
— А у нас есть дома противогазы? — спрашиваю я у неё.
— Зачем? — удивляется онни. — При ядерном взрыве образуются всякие нейтрино. Разве противогаз от них защищает?
— Ну, не скажи. — неодобрительно отвечаю я. — Во время ядерного взрыва модно ходить в противогазах. Вот увидишь, все будут в противогазах, модные. А ты будешь словно только что приехавшая из деревни. Первый раз в столице, а тут ядерный взрыв! А ты — не готова! Придётся пластиковый пакет на голову одевать. Все сразу по нему и поймут, что ты — селянка!
— ЮнМи, что ты за чушь несёшь⁈ — возмущается СунОк. — Судьба нации под угрозой! А ты тут прикалываешься!
— Да, ЮнМи. — поддерживает онни мама. — Это не повод для шуток.
— Это у меня нервное. — объясняю я своё поведение. — А помните, кто мне говорил — «иди в армию, иди в армию! Там бесплатный проезд на автобусах и паёк сытный!»? Не помните? У меня такое чувство, что ни на автобусах я покататься не успею, ни пайка всласть поесть!
С осуждением смотрю на дававших мне советы. Мама и СунОк, онемев, таращатся на меня в ответ.
— Не переживайте. — первым нарушив тишину, успокаиваю я. — Это всё понты. Никто тут ядерными зарядами швыряться не станет.
— Почему ты так думаешь? — удивлённо спрашивает онни.
— Потому, что это билет в один конец, а все хотят смотреть фильм под названием «жизнь» как можно дольше, — объясняю я. — Если северяне жахнут по нам, то по ним жахнут в ответ все, кто сможет. Китай, Япония, США. Даже не в отместку за нас, а что бы лишить их возможности «жахать». Иначе их население просто не поймёт волнующего сохранения интриги — «кому прилетит следующим»? В каждой стране хотят смотреть «кино» до упора. В КНДР же не дураки совсем? Тоже понимают, что с ними будет в случае их неблагоразумного поведения.
— Но нам от этого уже легче не станет. — помолчав, делает резонное замечание СунОк и видимо имея сильное сомнение в умственных способностях соседей.
— Нечего было дразнить. — коротко отвечаю я, намекая на имевшие место быть «обстоятельства».
— Кого? — удивляется онни.
— Ну, а чьи авианосцы, эсминцы, корветы и прочее военно-плавающее, каждый год появлялись у берегов КНДР, брякая при этом всяким убийственным металлоломом и называя эти сборища — учениями?
СунОк, наморщив лоб, задумывается.
— Это было необходимо для поддержания мира на корейском полуострове. — помолчав, объясняет она, похоже повторяя услышанную где-то фразу.