Не слишком дорого оценили мою помощь. Кейс с набором простеньких инструментов, цилиндрическая коробочка с недорогим имплантом «Мыслесвязь-2Е» и база «Ремонт хозяйственно-бытовых приборов» должны были изображать обещанную «востребованную» специальность. Простейшая база «Огнестрельное оружие ближнего боя», новый, в упаковке, полицейский короткоствольный дробовик «Грогги» и сорок нелетальных зарядов к нему показывали заботу о моём здоровье. К этому прилагалось разрешение на оружие и спецсредства, уровня оперативный сотрудник, с соответствующим дополнением личного идентификатора.
— Видел? — спросил меня Скат. — Что обещано, сделано. Мы в расчёте.
— Спасибо! Это нужные вещи.
— К нам в тир приходи. Покажем, научим, поднатаскаем. И оружием поприличнее обзавестись поможем.
— Хорошо, а то вот базу получил, а не стрелял ни разу.
— Дело поправимое. Тут ничего сложного нет. Ладно, давай закругляться. Нам нужно ещё Ферусу отчитаться.
Скат пошушукался с секретарями, и меня пропустили к начальству, прозрачно намекнув, что его надо бы хоть немного, но поблагодарить за помощь. Кабинет Феруса был раза в три больше приёмной. Благодарность, в виде найденного в банке искина, была им принята как должное. Футляр сразу нашёл себе место в ящике стола, а вместо него из кармана была небрежно вытащена карточка со служебным контактом для связи. До личного пока не дорос.
— Ник, ты талантливый молодой человек. Я посмотрел запись твоей беседы с Мидкифом. Скажу честно, ты хорошо провёл разговор. Способности есть. Как получишь гражданство, обращайся, пристрою куда-нибудь к нам. Но, понятно, надо будет подписать контракт на двадцать лет. Зато сеть и обучение даются бесплатно.
— Благодарю! Очень ценю ваше отношение ко мне.
В конце аудиенции я удостоился снисходительного рукопожатия.
Ангар
Офис, квартира и судно Мидкифа находились в одном месте. Оно правильно. Зачем платить лишнее, если места в ангаре хватает на всё? До него мы ехали по местным меркам долговато.
Перед въездом оказалась портовая таможня. Это логично, законы везде разные, на всех сразу не угодишь. Поэтому было принято соглашение — на корабле держи чего хочешь, но при ввозе на станцию возможен досмотр. Конечно, совсем уж запрещённых вещей это не касается. За них могли взять за жабры даже в полете по нейтральной территории.
За таможней расположен шлюз и за ним внешнее кольцо ангаров. Они опоясывают станцию, но отделены от неё парой сотен метров космической пустоты. Транспорт движется по внутреннему, малому коридору. В нём спокойно могут разминуться два огромных контейнеровоза, но он действительно мал по сравнению с наружным туннелем.