А эти гады чего учудили? Они… Ну да, когда горшки с греческим огнём и напалмом начали среди их рядов вспыхивать, не к орудиям рыцари хвалёные бросились, чтобы побить пушкарей, а в реку… А чего, так-то их понять можно. Там огонь, а тут вода. Куда ещё от огня можно бежать, как не в воду⁈ Вот только воев много, а река горная — быстрая, холодная и довольно глубокая. Очень быстрая. Обе речки горные, холодные и быстрые.
Рыцари в броне. А испуганный рыцарский конь, местами тоже в броне, спасаясь от огня, может стоптать десяток паникующих пешцев. А раз может, то и стоптал. Это один конь. А если сотня? А если три сотни? А если три сотни коней ломанутся, снося всё на своём пути, в холодную горную реку с быстрым течением и каменистым дном.
Именно это и произошло. Десяток выстрелов их пушек, и десяток горшков с греческим огнём и, пусть тоже, десяток горшков с напалмом, заброшенных в разные места, движущейся от моста до моста, неприятельской колонны, убили, ранили, обожгли… ну две сотни человек из полутора тысяч, чёрт с ним, три сотни. А вот потопло в реках Ваг и Ревуца не меньше тысячи. В более мелкой и менее широкой Ревуце они просто запрудили реку. Вода стала подниматься, так как от берега до берега, около пятнадцати метров, все было горами трупов заполнено. Ваг шире немного и глубже, и его рыцари и пешцы перегородить не смогли, но потопло в нём гораздо больше, в основном в эту реку враги бросились.
Всё же пострелять из луков и новобранцам и опытным лучникам довелось. Примерно три сотни рыцарей и ополченцев бросая оружие понеслось в холмы. Не уничтожать орудия и баллисты, просто спасались от адского огня, воняющего невыносимо серой. И от огня, который сбить с себя нельзя. Многие с горящей одеждой и бросились прямо на стрельцов.
Зрелище так себе и молодёжь частично не выдержала у Саньки и попятилась. Но опытные стрельцы вышли из-за укрытий и принялись за привычную работу — уничтожать противника. Вскоре отступившая молодёжь опомнилась и присоединилась к ветеранам. Много и не надо, пять — шесть залпов успели сделать Санькины вои и всё, закончились вороги. Правда напоследок, чуть беду с собой не принесли. Некоторые из бегущих факелов успели добежать до сухой травы и опавшей с кустов листвы и это вспыхнуло. А ведь позади орудия с бомбами и картузы с порохом. Позади баллисты с неистраченными глиняными ядрами с напалмом и греческим огнём. Если до всего этого огонь доберётся, то мало никому не покажется. Нет, люди может и убегут, но Санька представлял сколько во всё это труда и денег вложено. Да и чем потом воевать. Не успокоятся же с первого раза паписты.