Сходив в комнату за шалью и письмом, я протянула руку и коснулась тонких пальчиков ши-тари. Миг и мы уже стоим перед черным выходом «Лабиринта ужасов». Негромкий стук и дверь открывается. В этот раз господин Васси не стал встречать гостей.
«Наверное, он не слишком доволен ранней побудкой», пронеслось у меня в голове. Тем не менее я шагнула вперед и, руководствуясь больше чутьем, чем памятью, нашла ту самую комнату с накопителями.
Оборотень был там. Он вглядывался в расстеленную на столе карту и, едва удостоив меня коротким приветствием, махнул рукой в сторону:
— Положи шаль в кресло.
— Хорошо, — кивнула я и, выполнив просьбу, вытащила письмо из внутреннего кармана. Так то у платья не было предусмотрено никаких карманов, но Ссерша настоящая кудесница.
— Что-то еще? — хмуро осведомился оборотень.
— В лавке я встретила женщину, которая узнала свою шаль, — хрипловато произнесла я. — Она просила отдать вам письмо. Я положу его к шали.
Уложив желтоватый конверт поверх теплой вещицы, иду к выходу. А в спину летит вопрос:
— И все? Проповеди, просьбы и нравоучения?
— А кто я, чтобы читать вам нотации? — вопросом на вопрос ответила я и толкнула тяжелую дверь.
У меня была заготовлена парочка философских цитат, вроде того, что «исправить можно все, кроме смерти». И «вы еще не потеряли ее», но… Никто не знает, что ему довелось пережить, чтобы встать на ноги. Есть ли у него свиток или он колдует на свой страх и риск?
Да-да, так тоже можно. То есть, конечно же нельзя, но если сильно хочется, то можно. Есть особые умельцы, которые создают поддельные свитки. И если жить тихо, не привлекая к себе внимания, то это может прокатить. Вот только одна-единственная проверка приведет к огромному штрафу и тюремному заключению, откуда мага выкупит какая-нибудь заинтересованная в нем семья. Ну и на этом жизнь посчитать законченной. Нет, закон говорит красиво — маг будет служить семье до тех пор, пока не выплатит долг, а после получит свободу и право на образование. Но на деле такие колдуны не получают свободы никогда.
Это мне поведала все та же Камиля — она больше боялась, что ее брат попадет в такую ситуацию.
«— Он сильный, очень сильный. И очень глупый. Думает, что не попадется. Сейчас-то мамка его за глотку держит, но он же вырастет. Решит, что старше и умней», вспомнился мне обреченный голос Ками.
— Переместишь меня в гостиную? — попросила я Ссершу, которая терпеливо дожидалась меня у черного выхода.
Ответом стало согласное шипение. Мгновение и мы уже в гостиной. И первое, что я заметила, это объемную коробку у моей двери. Оп-па, подарок?