Через пять минут нежностей я отстранила молодую драконицу от себя и, заглядывая в её чёрные блестящие глаза, заговорила:
— Санечка, берёшь в руки кончик верёвки, взлетаешь и приземляешься на карнизе. Там превращаешься опять в девочку.
Санни кивнула и сделала, как я сказала. Все с замиранием ждали, подтвердится ли моя теория про отверстие. Но превращаться в девочку у неё никак не получалось. Снова и снова окутывало её облако, но внешний облик оставался неизменным.
— Так, частенько бывает, — вздохнула одна из женщин. — Сын после первого оборота сутки не мог превратиться в человека.
Ладно. Тогда так.
— Санни, там есть отверстие? Кивни, если есть.
Кивок.
— Большое? Ты в своём облике пролезешь?
На миг она скрылась, и я, страшно боясь отрицательного ответа, замерла. Потому что, если так – всех отправлю, а сама останусь с ней.
Появилась и, выглянув, кивнула. Фух.
— Сможешь привязать верёвку?
Отрицательное мотание головой. Значит, некуда.
— А удержать?
Неуверенный кивок. Значит, первых надо закинуть туда детей постарше, чтобы вместе они помогли удержать взрослого. Так и начали делать. Две женщины, чьих внуков забрали гаргульи, наотрез отказались уходить.
— Здесь лучше сдохнем.
Я тяжело вздохнула, но настаивать не стала. Может быть, я поступила бы так же.
У нас всё получилось совместными усилиями. Уступ был довольно широкий, и это нам очень помогло. И отверстие тоже было достаточно больши́м, чтобы Санни могла в него протиснуться. Только бы потом не сужалось. Пожалуйста, небо, пожалуйста. Хоть в рачка превращай меня, но пусть отверстие будет достаточно широким для моей девочки.
И мы пошли, чуть пригнувшись. Я первая, за мной Санни.
От коридора, который образовала вода, в сторону то тут, то там отходили ответвления, намного меньше и ниже. Там только, если на четвереньках можно было передвигаться. В лицо ощутимо несло свежим воздухом. Коридор петлял. Мы шли. Вроде сделали круг, может, казалось.
И вдруг я услышала еле слышный плач. Остановилась резко. Откуда? Они доносились из ответвления впереди. Шириной и высотой в полметра. Здесь даже на четвереньках не пройдёшь, только ползком. Замерла перед ним. Сняла обмотанную на шее Санни верёвку и прошептала:
— Двигайтесь вперёд. Выход точно есть, а я поползу на крики.
Санни упрямо мотнула головой и плюхнулась на попу. Другие тоже демонстративно уселись рядом. Даже мама Рина заявила протест:
— Милочка, даже не мечтай. А вдруг наша помощь понадобится.
— Хорошо. Поползу, гляну, потом вернусь и расскажу.
Коридор, слава богу, был не длинным, метров пять только, но изгибался, как змея. По-пластунски ползти долго – это сноровка должна быть, а у меня только в забегах на шпильках опыт был. Впереди снизу после очередного поворота засветилась фиолетовым светом дыра. Я на месте. Выглянула. Здесь отверстие выходило не в стене, а в потолке, и мне открылся вид сверху.